Вторая жена доктора Айболита

–Ты не понимаешь, Ванечка, –в ее глазах олененка Бэмби блеснули слезы. – На Анжелу положил глаз сам Амир Абрамов. Это самый видный жених у наших горских. И он даже поговорить с моим отцом не может, потому что я еще не пристроена замуж. Если отец упустит такую возможность, он мне никогда этого не простит. Заветная мечта каждого горского отца – породниться с семьей Абрамовых.

– Это те Абрамовы, которые владельцы Черкизоны? –спросил Айболит.

– И не только, –кивнула она. – Легче перечислить, чем они не владеют.

Диана осторожно взяла Айболита за руку, пряча пальцы в его рукав, чтобы со стороны ничего не было видно, и шепнула:

–Прости, что морочила тебе голову! Наши отношения с самого начала были обречены на провал. Просто хочу, чтобы ты знал, Ванечка: ты был самым лучшим, что случилось в моей жизни.

–Что значит: был? – взвился он. – Я есть, Диана! Я здесь! И никуда не уйду. Я тебя не отдам этому мелкому бандюку!

Она воровато оглянулась, убедившись, что рядом никого нет, и погладила его по щеке.

–Как у вас говорят: бодался телёнок с дубом, –она привстала на цыпочки и едва коснулась губами его щеки.

–Прощай, Ванечка! Будь счастлив! – Диана схватила со стеллажа пару булок и быстро пошла к кассе.

Айболит прислонился к деревяному стеллажу с хлебом, тяжело дыша. Нужно было решительно действовать. О том, чтобы честно поговорить с ее отцом не могло быть и речи. Замуж, говоришь? Сестре дорогу освободить? Ну ладно. Будет тебе замуж. И светлый путь твоей сестре тоже.

Все зеленые светофоры до ЗАГСа откроем! Долетит твоя сестричка на своем бандюке-черкизонёнке аж до полной победы еврейского коммунизма, причем без пересадки.

Для горских отцов их дочери –не просто любимые девочки, а имущество. Вернее, выгодное вложение. Поэтому Диану и всех остальных так тщательно охраняют. Что-что, а беречь свое имущество евреи умеют. Ну мы тоже не лыком шиты.

– Я вам не Иван-дурак! –прошептал Айболит, подцепив со стеллажа буханку черного хлеба.

В его голове созрел план.

Рисковый, и, возможно, обидный для Дианы. Но выхода не было. На следующий день он решительно толкнул дверь цветочного магазина и купил самую дорогую розу. Продавец сонно наблюдал, как он потрошит кошелек, отсчитывая купюры, и звенит мелочью, выгребая из карманов последнее. Спрятав розу под поношенную куртку, Айболит поехал в институт.

Брат Рафик уже ждал сестру у входа, облокотившись о машину и нервно пытаясь прикурить сигарету на злом осеннем ветру.