Вторая жена доктора Айболита

С тех самых пор, как Анжела вышла замуж за Амира и через год не родила. Тогда горские насторожились и затаились. И принялись ждать,

пока  Анжела подарит мужу наследника. А она, как назло, никак.

–Но при чем здесь остальные твои дочери, папа? – никогда не привыкну к их этой стадной манере мерять всех под одну гребенку. –Если Анжела не может родить, то другие тоже? Это же бред!

–Это для тебя бред! –не выдержала тетка. –А у нас считается, что одна овца все стадо портит. Значит, на семье порча лежит. И другие тоже не смогут.

Анжела вон уже где только не была! И у Стены Плача молилась, и к раввинам ходила.

–А может, лучше к врачу? – я постаралась, чтобы это не прозвучало ядовито.

– Да была она у врачей! – отец нахмурился. –Куда только не возили! Не может она родить, никак не может. Когда Амир увидел результаты обследований, был в таком бешенстве, что чуть не поубивал всех. И меня, и Анжелу. Выгнать ее хотел. Я его еле уговорил. Сказал, что свои косяки мы сами и исправляем. И пообещал ему тебя. Конечно, в Москве второй брак не признают.

Здесь же двоеженство считается преступлением. Но зато признают в Израиле, в раввинате. Горские –не единственная еврейская община, у которой разрешено двоеженство. Так что будем делать помолвку в Москве, а свадьбу в Израиле. Иначе Амир женится на чужой, из другой семьи. И тогда нам всем конец.

Я все еще не могла поверить в то, что происходит. Несмотря на то, что выросла среди горских. Или –как они сами себя называют –джууров. И, конечно, более-менее, понимала  язык и обычаи.

Вернее, думала, что понимаю до сегодняшнего дня. Но о такой дикости мне слышать не приходилось.

–Значит, папа, меня, фактически, приносят в жертву ради благополучия семьи?

– Мой бог, какая же ты тупая! Дедей тюри кином! –всплеснула руками тетка.

–Не ругайся, Раиса! –прикрикнул на нее отец. –Зачем рот пачкаешь? Еще и по матери ее покойной кроешь. Девочке и так тяжело! Нехорошо это! Совсем нехорошо! Маша умная. Маша поймет. Правда, дочка? –обратился он ко мне.

Я сглотнула сухой ком в горле.

Он все набухал, набухал, и, наконец, прорвался слезами.

–Папа, ну как же так-то?

–Ээээ… –отец махнул рукой. – Ну что ж ты мне душу травишь, дочь? Думаешь, мне легко было? Знаешь, что я пережил, когда пришлось жене признаться, что у меня есть женщина на стороне? Какой позор перенес! В лицо мне плевали. Отец жены и вся ее родня. Никогда не забуду, как тесть мне сказал: "Мужчина тогда зовется мужчиной, когда он умеет уважать жену и род.