Ты плыви ко мне против течения (сборник)

Дело решится, конечно, не сразу, но, думаю, эта зимовка у меня последняя».

«Дедушка! – тотчас ответил Агей. – Я смотрю на море, а думаю о вас: о тебе и обо всех наших Агеях. Я хочу во сне видеть наши горы – и не вижу! У меня все хорошо. Сегодня иду учиться плавать. Дельфинов еще не встречал, зато слышал, как чайки хохочут… В школе сначала были трудности, но теперь дела пошли на лад… И еще хочу сказать тебе, дедушка. Спасибо тебе за то, что я – человек с Памира».

* * *

К нему зашел Борис Годунов. Увидел, что Агей сидит за учебником географии, удивился:

– Чего ты учишь? Двоек, что ли, испугался? Она их в дневниках ставит, а в журнале – будь спокоен – все мы хорошисты.

– Это я так, – сказал Агей, – эксперимент задумал.

Они пошли на море. Годунов завел Агея по грудь.

– Ложись на воду лицом вниз, с открытыми глазами. И не бойся: море держит.

Агей лег – получилось.

– Теперь на спину.

На спине тонул.

– Не горбься! – командовал Годунов. – Голову откинь! Главное, не дрейфь – не утонешь.

Немножко получилось.

– Ну, вот и всё, – сказал Годунов. – Теперь ложись обратно лицом вниз и руками греби.

– Получилось! – удивился Агей.

– Учителя-то какие! Ну, барахтайся. – И Годунов уплыл в такую даль, что Агей из виду его потерял.

Потом они возвращались домой.

– Пошли на дискотеку, – предложил Годунов.

– Нет, – сказал Агей. – Мне учить надо.

Годунов остановился, рот набок съехал, глаза злые.

– Все выучишь, напялишь очки, миллион заработаешь… А я пойду в мореходку.

Девять месяцев проваландаюсь как-нибудь – и в море, в загранку. У тебя будет машина, и у меня будет. Только я уже через три года стану человеком, а тебе и десяти лет не хватит. Точно не хватит. Седьмой, восьмой, девятый, десятый, одиннадцатый – пять, пять лет института, потом – что там у вас? – магистратура, аспирантура. На сколько это, года на три-четыре? Да еще ведь диссертацию надо защитить. Двадцать лет жизни никаких денег не стоят.

– Я думаю, ты не прав, – сказал Агей.

– Я не прав?! Ну, валяй, загни про красивую ученую жизнь, так и быть, послушаю.

Агей шел молча. Вдруг поднял руку, показал на статую женщины на доме.

– Кто это?

– Кто… баба.

– Нет, это не баба. Это богиня. И зовут ее Артемида или Диана.

– Откуда ты знаешь?

– По ро?жкам. Видишь рожки? Только это не рожки – это знак новолуния. Богиню называли трехликой – по трем фазам луны. Артемида научила людей собирать по ночам волшебные травы.