Удивительные сюжеты Шекспира

Сначала она ему просто сочувствовала, но со временем сочувствие переросло в любовь.

Однажды герцогу пришло в голову послать Цезарио к Оливии, чтобы тот попробовал уговорить её выйти замуж за Орсино. Виола помимо своей воли отправилась выполнять это поручение.

Она явилась в дом Оливии, но дворецкий Мальволио, человек тщеславный и вздорный («с больным самолюбием», по словам его госпожи), не пустил посланца герцога на порог.

Мнимый Цезарио не пожелал смириться с отказом и поклялся произнести свою речь перед графиней, чего бы то ни стоило.

Оливия заинтересовалась посланцем, который не пожелал повиноваться её приказам, и захотела на него взглянуть:

– Ну что ж, послушаем ещё одного посланника Орсино, – сказала она.

Виолу впустили к графине. Та отослала слуг, терпеливо выслушала упрёки в жестокосердии, которыми дерзкий паж осыпал её от имени герцога, – и внезапно влюбилась в мнимого Цезарио. Когда он ушёл, Оливии захотелось одарить его каким-нибудь знаком любви. Она вызвала Мальволио:

– Этот дерзкий посланец оставил здесь перстень.

Догони и верни – мне он не нужен. – С этими словами она вручила Мальволио свой собственный перстень.

Мальволио догнал пажа и отдал ему перстень. Виола, не оставлявшая никакого перстня, с женской проницательностью поняла, что Оливия влюбилась в неё. Возвращаясь во дворец герцога, она думала о неразделённой любви, выпавшей на долю её возлюбленного, её самой, а теперь ещё и Оливии.

Когда Цезарио вернулся к герцогу Орсино, тот слушал музыку, пытаясь унять душевную боль.

– Ты ведь тоже влюблён, не так ли? – сказал герцог той, кого принимал за пажа.

– Чуть-чуть, – ответила Виола.

– И какова же твоя возлюбленная? – спросил он.

– Похожа на вас.

– Молода? – поинтересовался герцог.

– Почти что ваших лет, – ответила Виола.

– Слишком стара, ей-богу! – воскликнул герцог. – Жена должна быть моложе мужа.

– Вы правы, государь, – смиренно ответила Виола.

Вскоре Орсино снова пожелал отправить мнимого Цезарио к Оливии.

Пытаясь разубедить его, Виола спросила:

– Что, если бы другая женщина полюбила вас так, как вы любите Оливию?

– Нет, так никто другой любить не может, – ответил герцог.

– Мне известно, как способна полюбить женщина, – продолжала Виола. – У моего отца была дочь; она любила так, как я, быть может, полюбил бы вас, если б родился женщиной.

– Расскажи мне эту повесть! – воскликнул Орсино.

– В ней сплошь белые страницы, – ответила Виола.