Урюкшай. Сборник

Рано утром Иван был уже у дома Серафима. Максим не вытерпел и тоже пришел.

– Чего делать будем?– спросил Серафим и протер подожок.

Дорогу к дому надо отремонтировать, а то не подъехать в сырую погоду, а я доски должен привести.

Серафим подошел к дороге, которая вела к дому, попросил, чтобы подожок ее исправил, ударил тихонько подожком по дорожному полотну. И дорога словно бы ожила. Не прошло и минуты, как исчезли все ямы и ухабы, а покрытие стало очень твердым. Мало того, дорога и по улице была приведена в порядок.

– Теперь можешь все привозить,– сказал Серафим, повернулся и пошел к своему дому.

На следующее утро опять все собрались у дома Серафима.

– Пошли теперь ко мне,– потирая руки, сказал Максим.

– Это почему к тебе?– возмутилась жена Серафима,– никуда мы не пойдем, сегодня наша очередь.

И потому, как она решительно это заявила, с ней спорить никто не осмелился. Собравшиеся потребовали, чтобы чудеса делались при всех. Спорить не стали, а пошли в конец села.

– Вот пожарный водоем, он так зарос и заплыл тиной, что воды из него не возьмешь.

Серафим подошел к водоему, попросил подожок, чтобы он отремонтировал водоем, ударил слегка по бережку, и водоем преобразился. Мало того, что в нем плескалась чистая вода, он еще и был огорожен добротным забором, чтобы скотина или маленькие дети не попали в него случайно.

– Что же мы, для других все делаем, а для себя, когда дела начнем делать?– спросил Максим.

– Завтра идем к тебе, вот ты и решай, что тебе надо сделать,– ответил Серафим и пошел делать свои дела.

Утром его разбудил резкий стук в дверь. Проснувшись, Серафим взял подожок и вышел из дома.

– Чего в такую рань стучишь?– спросил он Максима, который стоял у двери.

– Чего тянуть, да и Ивану не обязательно смотреть, что мы будем делать?

Иван не слышал этих слов, когда подходил, а то не миновать бы перепалки между ними. Серафим взял подожок, и они пошли к дому Максима.

– Что делать будем?– спросил Серафим.

– Хочу, чтобы таких колец было много,– сказала жена Максима и показала на золотое кольцо, которое лежало на столе.

Серафим попытался объяснить, что из этого ничего не выйдет, но его никто и слушать не стал.

– Сегодня наша очередь, наша,– заявил Максим,– а раз так, нам и решать, что делать, вот ты и делай.