Ух и друзья

Пифагоров, вооружившись дисковой электропилой, приступил к изготовлению редисочного салата, а Ух глубоко задумался. Архимед Кузьмич тоже молчал, размышляя о своём. Салат съели в полном безмолвии.

– Теперь, – сказал, покончив с редиской, Пифагоров, – подкрепимся клюквенным соком.

– Нет, – неожиданно воспротивился волчонок, – клюква нам нужна для другого. Клюквенным соком мы напишем записку!

– Вот так Ух! – захлопал в ладоши изобретатель. – Голова два уха, собственно говоря!

Проделали в ягоде аккуратное отверстие.

Вылили из авторучки невидимые чернила. Влили вместо них через трубочку сок. Ух, высунув от старательности язык, начал писать. Пифагоров смотрел ему через плечо и давал полезные советы. Например:

– Сообщи алгоритм подхода к туннелефону!

Ух оторвался от работы:

– Не могу, Архимед Кузьмич.

– Почему?

– Я не знаю, что такое алгоритм.

Пифагоров посмотрел удивлённо:

– Странным образом поставлено у вас в Старом Логове обучение. Алгоритм – это последовательность шагов, которые необходимо сделать для решения поставленной задачи.

Раз – шажок, и два – шажок, и три – шажок…

– Получается ритм, как в вальсе, – и волчонок вновь принялся выводить буквы.

Скоро записка была окончена. Волчонок сложил её конвертиком и надписал: «Кролику Морковкину в собственные руки. Очень просим передать!» Засунул письмо в бутылку, заткнул её пробкой. Подошёл к окну, выходящему на Быстрый Ручей, открыл ставни, выглянул наружу и отпрянул.

И с этой стороны дома стояли два инопланетянина. И чего им надо? Глаза бы на них не глядели!

– Слишком далеко, – огорчённо прищёлкнул языком Архимед Кузьмич.

– По-моему, наоборот, слишком близко.

– Я про Быстрый Ручей. Не докинуть нам до него бутылку, не долетит.

Ух в отчаянии обессиленно опустился на щелястый пол.

Пифагоров же бросился к противоположному окну, у которого стояла паровая катапульта. Поднатужившись, он стал тащить её через комнату.

Мигом оценив план изобретателя, волчонок присоединился к Архимеду Кузьмичу.

– Благодарю! – отдуваясь, просипел тот голосом, севшим от усилий.

Катапульту благополучно перетащили и нацелили на ручей. Пифагоров вложил бутылку с письмом в снарядоприёмник и до упора открутил вентиль подачи пара. Котелок радостно присвистнул. Пли! Бутылка вылетела из дула катапульты, описала крутую дугу и, разбрасывая брызги, плюхнулась прямо в середину ручья.