Феррис выходит из себя

– Но зачем? – Феррис выпучил глаза. – Отти Книршке всегда был такой милый. Просто в голове не укладывается.

Енот смущённо потупил взгляд.

– Ну, может, это из-за того, что случилось с его яблонями. Я, правда, не знал, что это его яблони. Но яблоки были такие вкусные. Я просто не смог остановиться. И, между прочим, у меня потом три дня болел живот. – Он грустно взглянул на Ферриса. – В следующем году я не подойду к яблоням ближе чем на десять метров. Даже смотреть на них не буду, клянусь. Ну правда!

Некоторое время все молчали.

Слышно было только, как тикают часы с кукушкой и как урчит в животе у Ферриса, и урчание это становилось всё громче. Он тщетно пытался не обращать внимания на голод. Вероятно, два-три дня он ещё сможет продержаться. А потом придётся, как раньше, бродить по улицам в поисках чего-нибудь съестного. Разве что они всё-таки отыщут Алису и Марлен.

Феррис скривил лицо.

– Нет уж, мы не позволим Отти Книршке нас запугать. Могу поспорить, дробовик у него такой же ненастоящий, как и пиратский флаг.

Спустя некоторое время они, один за другим, перелезли через кирпичную ограду в дальнем углу участка старого моряка. И приземлились в кучу яичной скорлупы, чайных пакетиков и других пищевых отходов. Судя по всему, сосед только что устроил здесь новую компостную яму.

– Какая гадость! – фыркнул Феррис, поскользнувшись на гнилом салатном листе.

– Видите, как важно заранее всё проверить, – прошептал Уве. – А теперь будем двигаться снаружи внутрь и сначала осмотрим сад.

 – Он извлёк из кармана своей куртки секундомер и нажал на пару кнопок. – Пяти минут нам должно хватить. И не забудьте пароль.

Уве и Рюдигер тут же исчезли среди многочисленных кочанов капусты.

Тихо вздыхая, Феррис смотрел на домик Отти Книршке, дверь которого была открыта нараспашку. Там внутри могли быть Алиса и Марлен, запертые в мышеловке и выплакавшие себе все глаза от страха. От этой картины всё внутри у него сжалось. Больше всего ему хотелось броситься вперёд.

Но он помедлил. Всё-таки Уве был специалистом службы безопасности, окончившим курс на «отлично», и он точно знал, что нужно делать.

Большое облако закрыло собой луну, и единственный фонарь, стоявший на улице Ласточек, тускло мерцал напротив дома. Феррис угрюмо слез с компостной кучи. Пригнувшись, он принялся сновать между бесконечно длинных рядов аккуратно посаженной капусты. Его живот урчал всё громче. И вдруг раздался ещё один новый звук. Кот навострил уши.