Связующая нить

Мама немного нахмурилась, но решила, что именно в данный момент лучше не спорить.

Взглядом она пригласила присесть за стол. Дядя Фима тут же приземлился на стул справа от меня, в то время как мама уже сидела слева.

Атей мялся у двери и не знал, как ему поступить. Тогда седовласый приказал:

– Присаживайся, сотник. Верховная чародейка позволила.

–Мам, кто позволила? ,– спросила я , сморщившись от услышанного.

Мама помялась:

–Да, ты всё правильно поняла. Я -верховная чародейка.

– А они тогда кто такие?, – я кивнула в сторону мужчин.

– Дочка, это долго объяснять. Давай я тебе лучше покажу.

Мама закатала рукав и на внутреннюю сторону предплечья какой-то палочкой стала наносить буквы и цифры. Я понимала, что похожи буквы на глаголицу, а цифры арабские. Но что они означают?

–Закатай рукав,– сказала мама.

– Мам, ну что за детский сад,– с придурковатой улыбкой сказала я.

– Закатай,– уже строже проговорила мама.– Увидишь, что будет.

–Ну окей.

Ведь не отстанет же. И я сделала , как она просила.

Мама взяла меня за руку и прислонила своё предплечье к моему и тогда началось то, чего я никак не ожидала.

Я ощутила, что стала парить в воздухе, но не в помещении, а в каком-то тёмном пространстве, вязком и неприятном. Парила несколько секунд и оказалась вдруг резко на маленькой кухне в розовом халатике. Я стояла и резала морковь кружочками. Только руки были не мои, да и тело тоже . Сзади послышался детский голос:

– Мамочка, а папа когда придёт?

Обернувшись, увидела себя маленькую, сидящую на ковре в комнате офицерского общежития, в котором мы жили до переезда, и играющую с ещё пушистым игрушечным кроликом и нашим котёнком Васькой, ставшего позже взрослым котом и умершего несколько лет назад.

– Скоро, заюшка, – ответила я маминым голосом.

Да что за чертовщина! Я вижу, слышу, чувствую, но не могу управлять своими движениями. Я делаю всё то, что делала в тот день мама.

Я-мама подняла крышку кастрюли, в которой одиноко бултыхалась куриная нога, закинула морковь и стала чистить лук.

Вдруг меня пронзила острая боль. Не знаю, с чем это сравнить. Я начала стонать и корчиться на полу, а маленькая-я подошла и стала звать:

– Мама, мамочка, что с тобой? Мамочка, мне страшно.

Маленькая-я стала плакать. И я ощущала ту бурю чувств и эмоций, которые испытывала мама.

–Заюшка, всё нормально,– сказала я-мама, превозмогая нереальную боль, которую не уверена, что вообще может вынести человек. – Беги к тёте Мине .