Фурия

Судья ничего не ответил – даже на простое «да» поскупился, – а лишь небрежно пожал плечом и повернулся ко мне спиной.

– Скорее! – воскликнул оператор. – Еще успеем на второй тайм! Это ж надо, столько времени проторчать тут, на матче, который никому не сдался!

Он завозился, упаковывая камеру. Надо быть круглым дураком, чтобы разгуливать с такой дорогой аппаратурой по нашему району. Даже в светлое время суток.

– Пошевеливайся, нам пора! – крикнул он журналистке.

Ее эта грубость вроде бы не задела, но плечи у нее как будто напряглись.

Вместо того чтобы сорваться с места и побежать на «Хиганте», как требовал оператор, журналистка снова нацелилась на меня. Я застыла. Но она подошла и протянула мне руку.

– Спасибо, что нашли для нас время… Фурия, верно?

Оператор у нее за спиной уже просто кипел.

Я кивнула, а журналистка сказала:

– Удачи на Южноамериканском кубке. Буду за вас болеть. Если что-то понадобится, дайте знать.

– Спасибо! – Но что мне могло от нее понадобиться?

– Лусиана! Да пошли уже наконец! – Оператор решительно напирал на нас, видно было – вот-вот взорвется.

Лусиана глубоко вздохнула, словно прося небо дать ей терпения. Оператор схватил ее за локоть.

– Мой источник с пятого канала говорит – там на трибуне сам Титан!

Лусиана стряхнула его руку и, не сказав больше ни слова, побежала за ним к машине.

Визг покрышек – и телевизионщики умчались.

Титан, Диего, приехал в Росарио.

4

– Хассан, пошли, – сказала Роксана. Под футболкой у нее поблескивала медаль.

 – Мои родители хотят отвезти нас домой, пока матч «Сентраля» не закончился и на улицах еще нет пробок.

Вообще я терпеть не могу, когда Роксана зовет меня по фамилии. Но тут побежала с ней. Меня распирало от желания срочно сообщить ей, что Диего приехал и он на стадионе.

Диего Феррари был лучшим другом Пабло, гордостью нашего города и международной сенсацией. Пресса прозвала его Титаном, потому что прозвища Бог и Мессия уже были заняты Марадоной и Месси соответственно. О Диего говорили, что на поле он приковывает к себе больше внимания, чем королевская особа – в толпе или на светском рауте.

Он был из тех редких талантов, что рождаются раз в поколение. В прошлом году «Ювентус» заметил Диего и подписал в основной состав, прежде чем он успел дебютировать в «Сентрале».

Диего был моей первой любовью, с ним я впервые поцеловалась и, как миллионы по всему миру, была на нем помешана. Но я вовремя прикусила язык. Роксана Диего недолюбливала.