Фурия

]!

Он чмокнул меня мокрыми губами в щеку, я поморщилась и плотнее запахнула куртку, хотя под ней все равно ни черта не разглядишь, кроме черной футболки. Съязвить в ответ я не успела, потому что мама спросила из кухни:

– Где ты была, Камила? Мы тебя ждали еще несколько часов назад. Почему на звонки не отвечала?

Я прикинула, что будет, если выложить всю правду: мол, опоздала, потому что моя команда выиграла чемпионат и я отметила это дело тем, что поехала полюбоваться на Диего. Они решат, будто я шучу. И все равно раскрывать свои тайны пока что слишком рискованно.

– Прости, мам. Деньги на телефоне кончились.

Я скинула с плеча рюкзак и поставила поближе к темной прихожей – авось там его никто не заметит.

Но не тут-то было.

– Что там у тебя в рюкзаке? – спросил отец притворно-будничным тоном.

Сезар и Эктор прилипли к телику – там показывали повтор дневных матчей. Громкость была убавлена до минимума, и я знала – безразличие на их лицах обманчиво, на самом деле оба ловят каждое папашино слово.

Они тоже знали его как облупленного и понимали, что надвигается скандал.

Я глянула отцу прямо в лицо, набралась храбрости, которой у меня не было, и ответила:

– Учебники по математике. – И, не моргнув, добавила: – Я ходила заниматься.

– Куда?

– К Роксане.

Папаша заулыбался как сытый кот.

– Роксана – это та смазливая китаёзочка из твоей школы?

– А ты знаешь еще каких-то Роксан, пап?

Уголком глаза я заметила, как Пабло с застывшей улыбкой жестами показывает мне, чтобы я угомонилась.

К счастью, папаша уже переключился обратно на телевизор: там как раз показывали в записи гол Пабло.

– Вот увидите, национальная команда в этом году пригласит Паблито на чемпионат мира среди молодежных команд, – сказал он.

– Кого точно пригласят – так это Диего. – Сезар знал, как ударить приятеля Андреса по больному. – Для буэнос-айресских боссов двое из Росарио – многовато, Андрес. Диего теперь уже воспитанник «Ювентуса». Пабло с ним не тягаться.

– Может, он и приехал к нам, чтобы встретиться с Ассоциацией футбола? – добавил Эктор.

 – Он ведь сегодня был на трибуне, я видел его собственными глазами. А ты, Паблито?

Мой брат пожал плечами, но глянул на меня, словно опасаясь, не ляпну ли я какую глупость.

Если бы.

– Подумаешь, велика важность, приехал и приехал. – Отец скрипуче хохотнул. – Играет Диего хорошо, но Пабло произведет лучшее впечатление. Вот попомните мои слова. А тогда уж ему светит Европа.