Печать Каина

Талантливую выпускницу заметили в прокуратуре после одного из громких дел, когда она вычислила, выследила и поймала группу контрабандистов, выкравших глиассовую мозаику с выставки современного искусства в Фиде?е, и пригласили на должность следователя.

Глядя на изувеченное тело девушки, которую он помнил еще ребенком, у Теона не укладывалось в голове – зачем? Что заставило преступников действовать именно так.

Он поднял дела, которые в последнее время вела Салина и курировал Фрахт, провел проверку по каждому из них…

Последний разговор с Фрахтом дарил какую-то подсказку, но Теон пока не мог понять, какую.

«Салина очень взволнована», – отметил он, когда узнал, что «Литтор» встал на заданный курс для встречи с фрегатом Теона.

Фрахт помрачнел: «Да, это как-то связано с ее прежней работой».

«Прежняя работа» – это транспортная прокуратура, патрульная служба: что именно могла обнаружить девушка, будучи сотрудником другого ведомства, с другим уровнем допуска и другой сферой компетенций?

Тиль Теон понимал, что он медленно заходит в тупик.

«Возможно, именно поэтому этой голове досталось так много».

Нападение на корвет «Литтор» могло остаться нераскрытым преступлением…

Пока однажды, спустя недели следствия, на свою личную почту он не получит сообщение «Аха?та меле?о», отправленное с чужого персонального информера.

* * *

Пожилой креонидянин сидел, ссутулившись в своем кресле. Его белоснежные волосы сейчас выглядели неопрятно, словно использованная мочалка, кожа потемнела и покрылась сеткой мелких морщин. Старость не жалела его. А наркотики добивали. Дрожащей рукой он взял со стола коробочку, открыл ее и пересчитал содержимое.

– Здесь меньше, чем я просил, – проговорил сипло и посмотрел на своего запоздалого гостя.

Тот не повел и бровью, улыбнулся:

– Тяжелые времена, знаете ли… Генерировать ваш препарат становится все более опасным.

Старик смотрел на гостя с презрением, прозрачные глаза наполнились глухой ненавистью:

– Щенок… Я породил тебя, дал все, чем ты сейчас владеешь.

Гость протестующе поднял руки:

– Нет. Вы что-то путаете. Все, что я имею, я получил по праву рождения. И по своему убеждению и доброте душевной вызвался скрашивать ваше одиночество здесь, на острове…

– Лживый скварр, – прошипел старик.