Хорошими делами прославиться нельзя

Звякнул ключик, по полу запрыгал лесной орех. Покрутив ключик с колечком на пальце, мужчина хмыкнул и вышел.

– Пронесло, – выдохнул Гоша, пятясь из-под тумбочки.

– Моя сумочка! – заныла Белочка, спрыгивая и хватая орешек.

– Эй, ребята, пошли Снегурочку пугать! – вкатился в комнату Ушастик. – А вы чего тут, в прятки играли?

– Мою сумочку забрал компрессор, то есть профессор, – всхлипнула Белочка. – И давайте будем уже расходиться, пора уроки делать!

– С ума сошла, какие уроки в четыре часа дня?

– Пожалуй, мне тоже пора, – серьезно проговорил Гоша, приоткрывая дверь и оглядывая пустой коридор.

– Да я Шапокрячку в тубзике закрыл. Пусть помучается без своего профессора.

– Ушастик, так нельзя! Она же любит его! – Белочка от возмущения вспрыгнула на лампу.

– А я тоже, может, люблю… мороженное, а она мне его никогда не покупает! И вообще, надоело мне у нее на побегушках быть! В лес хочу! Тут в соседнюю палату старичок поступил, так у него зверек такой странный – с крыльями! Вот бы и мне крылья! Так он в лесу живет, а сюда сопровождающим приехал.

– Так приводи его к Снегурочке в школу! – заинтересовалась Белочка, поправляя кисточки на ушах.

– Лапши нету, – хихикнул Ушастик, – можешь топать. А Ква-хрямчик с тобой дружить не будет! У него своих белочек полный лес.

– Ну и пусть! – Легко выскочив в форточку, Белочка побежала по карнизу.

– Ушастик, – Гоша от волнения стал охлопывать себя по карманам.

– Ладно-ладно, – Ушастик выбежал следом в коридор и заскочил на подоконник. – Открою, я сегодня добренький. Тем более, что ее любимый профессор уже на своем джипе отчаливает.

Убедившись, что в коридоре никого не видно, Ушастик подпрыгнул и вернул ручку в первоначальное положение. Дверь с грохотом распахнулась, и красная взлохмаченная Шапокряк бросилась за Ушастиком.

– Уши пообрываю! Носы посворачиваю! – шипела мегера, бешено стуча каблуками по кафелю.

– Догони сначала! – бросил Ушастик, заскакивая на поручень.

Разгневанная дамочка уже хотела последовать его примеру, как заметила, что с первого этажа по лестнице поднимается профессор.

– Аделаида Никитична? – профессор замер. – Что с вами? И где вы были в 16 часов?

– Ах, Александр Кузьмич, – Шапокряк заморгала, стараясь придать себе игривый вид. – Я как раз спешила к вам на встречу, но подвернула ногу и меня увели к травматологу.