Чудесная шкатулка. Петербургская сказка

– Кроме меня, ещё Зойку Хованскую! И зачем мы всё время предлагаем ей место в нашей карете, когда нас отпускают домой, – угрюмо ответила девочка.

– Лиза! – возмутилась маменька, – это переходит уже всякие границы!

Лидия Андреевна резко встала, отодвинув дочь от себя.

Девочка смутилась:

– Но ведь и в самом деле, маменька, она и аттитюд не устояла, и пируэт не докрутила, а прыжки ну совсем-совсем невысокие. И вообще она рассеянная.

– Причём тут прыжки! Разве можно воспитанной девочке так отзываться о своей подруге!

– Она мне и не подруга вовсе, – упрямо продолжала Лиза, хотя и почувствовала себя неловко.

– Зоя Хованская – дочь офицера, который воевал под командованием твоего отца и погиб в том походе, где ранили папеньку! И не до?лжно говорить о ней с подобным пренебрежением, даже если её прыжки не устраивают ваше высочество. А место в карете мы предлагаем ей потому, что живёт она в соседнем доме, а пенсионное содержание вдов младших офицеров не позволяет её семье держать или нанимать экипажи!

Лидия Андреевна была чрезвычайно возмущена и огорчена.

Лиза, и так расстроенная неудачным экзаменом, была совершенно раздавлена справедливыми упрёками маменьки. Она совсем смешалась и скрылась в своей комнате. Долгожданная встреча с семьёй по возвращении домой на Рождественские каникулы была окончательно испорчена.

2

Законы и дисциплина в Императорском Санкт-Петербургском Театральном училище были суровыми. Учащихся отпускали домой только на каникулы или по особому письменному разрешению инспектора.

Рождественским каникулам предшествовали испытания, по результатам которых из воспитанниц второго отделения, где учились Лиза Арсеньева и Зоя Хованская, в третье отбирали тех, чьи склонности и дарования показались преподавателям наиболее выдающимися. Из них уже готовили ведущих танцовщиц для Императорского театра, прочие же пополняли кордебалет.

Из всех классов второго отделения в третье переводили всего не более двенадцати человек. Основные испытания проводились перед Рождеством; в тех редких случаях, когда оставались места, не поступившие ещё могли показать себя на летних испытаниях.

Для отобранных, кроме удовольствия быть принятыми в старшее отделение, была ещё одна чрезвычайная радость: на пятый день Рождества в Императорском театре всегда давался Рождественский балетный спектакль воспитанников училища, где наряду с теми, кто уже учился в третьем отделении, должны были участвовать и только что принятые в него.