Шепот бота

– Я не знаю, но это не мое дело, – голос прозвучал тоньше, чем я планировал. – Я только раздаю листовки.

Я поискал взглядом друзей. Бартек, Яцек и Ушастый были на посту и терпеливо протягивали листовки. Никто из них не смотрел в мою сторону, но я все равно почувствовал себя увереннее.

– Прошу прощения, но у меня работа, – сказал я чуть более твердо.

Грустный мужчина не отреагировал. Он сделал шаг в мою сторону и прошипел:

– А ты знаешь, что стало с моей дочерью?

Где-то за моей спиной была бетонная стена с логотипом Лиги чемпионов, но, инстинктивно отступая, я все никак в нее не упирался.

– Не знаю, – ответил я осторожно. – В любом случае, я к этому не имею никакого отношения. Я только раздаю листовки.

– Ей было столько же лет, сколько тебе, Филип.

– Я только раздаю листовки, – повторил я.

– Она была красивая, умная, веселая…

– Я только…

Внезапно в глазах мужчины блеснула искра безумия.

– Дай сюда эту гадость! – рявкнул он и бросился на листовки.

Я рефлекторно поднял руку, и нападавший пролетел под ней, как бык на корриде. Я развернулся на пятках и снова оказался лицом к нему. Он бешено буравил меня взглядом из-под кустистых бровей, шумно дышал носом и разве что не высекал подошвой искры на мостовой.

– Эй, простите! В чем дело? Что вы делаете? – испуганно бормотал я.

Он сделал еще один прыжок. Я молниеносно переложил листовки из левой руки в правую, он снова пролетел мимо, при этом зацепился за что-то ногой и распластался на земле.

Его ярость вкупе с жалким бессилием казалась одновременно пугающей и смешной. Я нагнулся, чтобы помочь ему встать, и тогда он, еще лежа, резко потянулся к листовкам. Я пытался отнять руку, но он успел схватить меня за запястье. Мы некоторое время провозились – он пытался встать, я пытался освободить руку. Вокруг начали собираться люди.

– Что вы делаете? Оставьте мальчика! – испуганно закричала какая-то женщина.

Другие тоже кричали, но никто не решался вмешаться.

Тем временем мне удалось вырвать руку и спрятать пачку листовок под полой расстегнутой куртки. Я стоял лицом к стене с граффити, защищаясь от противника спиной и отставленной пятой точкой. А тот скакал из стороны в сторону, пытаясь зайти спереди.

– Отдай! – орал он. – Убийцы!

Из-за невозможности достичь желаемого он совершенно потерял контроль над собой и как ребенок в истерике принялся дубасить меня ладонями по спине.