Шишкин и Пушкин

Как говорил потом наш трудовик, барышня чуть не поплыла и едва умом не тронулась.

Но Генка Шишкин не знал, куда трогаются и отплывают литераторши, и ему поэтому было не до страданий старой девы. Ему нужно было спасать птицу и пятерку по биологии, и он бросился прямо вперед, то есть под юбки остолбеневшей Альбины. Та стояла разинув рот, а между ног у нее продолжалась борьба. Матерчатыми сполохами отмечались движения пернатого, и временами доносились сдавленные фразы типа:

«Врешь, не уйдешь!»

Наконец из-под складок материи выбрался взъерошенный Шишкин и, прижав к груди спасенную птицу, мелкими перебежками пробрался на свое место.

Альбина, не сказав ни слова, пулей выскочила приводить себя в порядок, а мы стали пытать Генку на предмет ощущений. Он сидел с задумчивым лицом и наконец тихо сказал:

«У нее там все в кружевах, – а затем обвел нас всех глазами и добавил: – Как в музее!»

4. Фисюк и велосипед

В ту пору вьюги были злее, морозы крепче, а брови у Брежнева, руководителя нашей страны, гуще и чернее всех в мире.

Но мы были детьми, и нам все это было по фиг. Нам, ребятне из крошечного северного городка, было в удовольствие взрывать пороховушки[4 - Самодельные взрыв-пакеты из бумаги с небольшим количеством пороха.], грызть брикеты прессованного какао, которые все называли какавками, и играть на улице. Но если последнее развлечение было абсолютно бесплатным, то для первых двух нужны были деньги.

И каждый из нас зарабатывал как умел. Самый незатейливый и надежный способ – это ловля куропаток.

Просто берешь молочную бутылку, горсть квашеной капусты и идешь ловить.

Вот так же делал и Генка Шишкин, пока ему на пути не повстречался страшный Фисюк. Это случилось после затяжной пурги, когда наст[5 - Наст – слой плотного снега, достигающий толщины до 40 см, за счет ветрового уплотнения.], то есть корка на снегу, крепчает и толстеет. Идеальное время для ловли. От Генкиного дома до школы – километра полтора узенькой тропки, и вдоль нее он бутылкой наделал десяток вертикальных норок и накрошил туда капусты.

Глупые куропатки обычно забирались в узкое отверстие и дальше ни вперед, ни назад. Так и замерзали в ловушках. Генка делал это «сто тысяч раз» и теперь, после сильной пурги, ожидал большого урожая. Потом можно будет сдать улов в лесхоз, где за каждую куропатку давали 10 копеек, и стать богачом.

Идет Генка из школы, мечтает о капитале и вдруг видит – навстречу идет Фисюк.