Школьное коловращение

Но, когда Миша пытался поговорить о чем-нибудь другом, рассказать фильм или спросить о новой игре, Игорь не хотел отвлекаться на посторонние разговоры. И когда они заканчивали делать домашнее задание, то сразу спешил домой, хотя Мише хотелось, чтобы Игорь остался ещё немного. Миша ведь ни с кем не общался, и даже за партой сидел один, потому что его друг и сосед по парте Саша переехал. Миша только и разговаривал, что с Ваней, когда они возвращались из школы.

Как-то Ваня спросил его:

– А почему, когда мы разговариваем в классе все вместе, ты всегда где-нибудь в сторонке сидишь?

– Да я не умею разговаривать вместе со всеми.

Я могу только с кем-то одним дружить.

Миша может и хотел бы общаться со всеми, но не знал, как это делать. Вот если бы кто подошёл к нему, заговорил, он бы откликнулся и тоже начал бы разговаривать. Но к нему никто не подходил с разговором. Хочет он сидеть в стороне, пусть сидит. Никого это не заботит. А просто так включаться в разговоры ребят он стеснялся, не знал, что сказать.

«Смешно же будет, если я вдруг ни с того ни с сего начну участвовать в общем разговоре»,– думал он.

После уроков Миша решил немного погулять. Он направился на детскую площадку. Там никого не было кроме маленького мальчика, который качался на качелях. Миша сел на скамейку. Мальчик перестал качаться, подошёл к нему и спросил:

– А сколько будет, если от 100 отнять 300?

Миша удивился, разве такое бывает? Но мальчику он сказал:

– Я потом тебе расскажу.

А сам вдруг начал думать: «100 минус 300 – это как же такое может быть? Вот интересно, можно ли это решить»?

Это мысль захватила и взбудоражила его, и он всё время к ней возвращался.

Но и кроме этого у Миши были другие дела, которыми надо было заниматься.

Он не мог справиться с английским языком и говорил Игорю, что его невозможно выучить. Учительница Евгения Бенедиктовна постоянно твердила ему, что он не знает слов.

Миша вместе с Игорем учил, учил их и как только выучил, так учительница сказала, что он неправильно произносит слова.

И теперь Миша мучился с произношением.

– Какая разница, как произносить слова? – говорил он Игорю.

– А тебя не поймут иностранцы, когда ты будешь с ними разговаривать.

– Я и не собираюсь с ними разговаривать. Зачем мне?

– А тебе бы понравилось, если бы они спросили тебя по-русски: «Каг двой тела?».