Школьный детектив, или Подарок ко дню Учителя

Я понимаю, в какое время вы растете, на каких фильмах сами себя воспитываете, но всему должен быть предел! Если вы в двенадцать лет способны на такие гнусности, то чего от вас ждать к пятнадцати годам? —

тут он спохватился, что мы до сих пор стоим, сказал «садитесь!», достал платок и вытер пот со лба. И добавил каким-то уже другим голосом:

– Уж лучше бы вы мне это подстроили, честное слово! Ведь она вам в бабушки годится!

Никто ничего уже не выкрикивал с места. До нас, как говорится, «стало доходить».

Александр Петрович подошел к учительскому столу и машинально чуть не сел на тот самый стул.

– Осторожно! – успела предупредить его Настя.

Он отставил стул в сторону, посмотрел на него, дотронулся пальцем до сиденья, затем взял другой свободный стул, сел и сказал:

– Хорошо, попробуем пока без полиции. Вы говорите, что это мог быть кто-то и не из вашего класса. Давайте рассуждать вместе. Кто открыл кабинет?

– Я… – тихо сказала Лена Харитонова. Но мы вместе с Пашей зашли, он тоже дежурный.

А скоро остальные ребята стали приходить.

– А потом?

– А потом мы проветривали и снимали стулья.

– Вам помогал кто-нибудь?

– Да. Настя и… – она почему-то запнулась, – и Козлов.

– Настя и Алеша, – повторил за ней директор, исправляя «Козлова» на «Алешу». – То есть где-то минут десять в классе никого, кроме вас четверых, не было?

Вопрос был уже адресован Козлову. Тот молча пожал плечами и опустил голову.

– Александр Петрович, да это любой мог сделать, – встрял в разговор Паша Рыбкин.

 – Что мы, следили за всеми, что ли? Мы же делом были заняты…

– Хорошо. А кто снимал учительский стул?

Тут все замолчали, потом Настя, запинаясь и путаясь, что на нее совсем не похоже, сказала:

– Никто не снимал, он уже был снят, стоял так. Правда, я сама видела…

– Теперь скажите мне: когда вы узнали, что вместо математики будет литература?

В ответ раздалось сразу несколько голосов:

– Так в расписании уже было исправлено! Артемова сказала! Как пришли, так и узнали!

– Да, да, все правильно.

Теперь смотрите, что получается. Это кабинет одиннадцатого «Б» класса. Последний урок в нем был в пятницу, затем у них проводился классный час, я сам к ним заходил, садился на этот самый стул. В субботу и воскресенье уроков в классе не было. Стулья переворачивают ученики, полы моет уборщица. Ни одиннадцатый класс – у них в голове сейчас только ЕГЭ, да и выросли они для таких выходок, – ни тетю Машу я, извините, подозревать не буду.