Шпаргалка для грабителей

– Мы герои, мы герои, – вдруг пропел Алешка, – мы чего-нибудь нароем!

– Давай лучше нароем удочки, – с раздражением сказал я. – И червей.

– Успеем еще, все лето впереди. Никуда эти черви не денутся. А изо всяких взаимоотношений, Дим, вызревает, знаешь что? Преступление. Нужно улики нарыть. Пока не поздно.

Мне хотелось дать ему подзатыльник, но я побоялся, что он свалится в воду. К тому же я знал, спорить с ним бесполезно. Ну не создан он для спокойной жизни. Ему необходимо создавать вокруг себя беспокойство.

А потом в этом беспокойстве ловить русалок на червей.

– Мы нароем, мы нароем, – опять запел Алешка. – Нас ведь трое, нас ведь трое!

– Откуда трое? Папу посчитал?

– Нет, – Алешка повернулся ко мне задумчивым лицом. – Максимыча. Этого колдуна из подвала.

– Команду собираешь? – мне стало смешно. – Из колдунов, домовых, русалок... Сказок наслушался.

– Лучше туда-сюда, чем как все.

Объяснил...

Папа приехал поздно. Не только озабоченный, но и уставший. После ужина он сказал:

– Вы погуляйте, а я у телевизора подремлю.

Трудный был день. А у вас?

– Нормальный, – успокоил его Алешка. – С нечистой силой познакомились. Со всякими баенными. Но еще не со всеми.

– Продолжайте, – сказал папа, усаживаясь в кресло. – Только на улице, ладно? – И он включил телевизор. – Кстати, а «баенный» – это что за зверь?

– Домовой вроде. Но только он в бане живет. Кипятком шпарит.

– А почему тогда не банный?

– Банный – это веник, – со знанием дела объяснил Алешка.

Хотя в бане он ни разу в жизни не был. И наверняка уверен, что березовые веники в парилке – это что-то вроде сурового наказания. – А баенный – это...

– Говорил уже. – Папа зевнул. – Пока.

– Сейчас эта Муму опять заворчит «туда-сюда», – шепнул мне Алешка, когда мы спускались на первый этаж.

Не знаю почему, но Алешка очень часто называл Кистинтина то Герасимом, то Муму. Может, потому, что он был очень похож на дворника с музейной фотографии.

Но Муму не заворчала.

Кистинтин, похрапывая, спал на своем рабочем месте. Живой воды напился.

– Давай ключи поснимаем, – предложил Алешка, – и где-нибудь спрячем.

– Зачем?

– А чтоб ему попало. Чтоб не спал на работе.

– Не пойдет, – возразил я. – Археологи придут с работы, а ключей нет.

– Жаль. – Алешка заметно огорчился. – Мне этот Кистинтин почему-то не нравится.

Мы вышли на улицу, и нас сразу охватил теплый и душистый летний вечер. И очень тихий, непривычно как-то.