Паргоронские байки. Том 2

Возможно, тоже землянка.

Себя Лахджа нашла в самом конце. На сто девяносто пятом месте. Причем ее имя было дважды перечеркнуто и дважды внесено заново.

Кажется, Сидзука уже дважды списывала ее со счетов.

А кто те неудачницы, кого она поставила в своем рейтинге даже ниже Лахджи? Киша, Имала, Эллези, Маш-а-Аха… и что-то непонятное хираганой. То ли тоже японка, то ли Сидзука не знает имени наложницы под номером двести. Видимо, совсем новенькая.

А может быть, Сидзука даже не видит смысла записывать ее имя.

Судя по тому, что Лахджа уже узнала, едва Хальтрекарок находит где-то новую жену, как номер двести отправляется в утиль.

От этой мысли внутри все сжалось. Умирать Лахдже не хотелось. Тем более, что здесь смерть вряд ли будет быстрой и легкой… причем даже не факт, что освободит.

Лахджа ведь уже знала, что основа мира демонов – души смертных. Из них Хальтрекарок черпает свою силу. Так что в ее ситуации не поможет даже самоубийство.

Скомкав рейтинг Сидзуки, она заходила по покою.

Подошла к туалетному столику, вздохнула и посмотрелась в зеркало. Под глазами темные круги, волосы поблекли, черты лица заострились. Сказались три месяца дикого стресса и жизни в страхе.

Но она все еще красива и полностью здорова. В лабиринте Хальтрекарока она… пострадала, скажем так, но новый муж и повелитель все вылечил щелчком пальцев. По крайней мере этого у него не отнять – чинит свои игрушки он с такой же легкостью, что и ломает.

Ей даже исправили зрение.

Раньше Лахджа была довольно близорука, а теперь прекрасно все видит без очков. Хоть какой-то плюс в ее нынешней ситуации.

Своей косметики у Лахджи не было. Сюда ее притащили в чем была, а обзавестись она не пыталась. Хотя это нетрудно, наложницам гарантированы любые материальные блага. Самое простое принесут слуги, что посложнее – можно заказать через кэ-очи. Лахджа видела, как Сидзука это делала.

Но сама она еще не научилась, так что просто цапнула косметичку соседки.

Надписи непонятные, все на японском и корейском, но тональный крем всегда можно отличить, просто выдавив каплю на палец. Губную помаду и тушь тоже трудно с чем-то перепутать.

– Интересно, водостойкая или нет? – бормотала Лахджа, крася глаза. – Водостойкая или нет?

Помад целая куча оттенков, но все слишком яркие. Лахджа всегда пользовалась самым минимум косметики, предпочитала стиль а-ля натюрель, но Сидзука относилась к этому иначе.