Паргоронские байки. Том 3

 – Мы все сейчас говорим на паргоронском.

– Корчмарь, ярыть, еще и ты начал? Будете перебивать, когда я рассказываю, я просто допью это пиво и разобью вам головы кружкой.

– Все-все, больше не перебиваем, – хмыкнул Янгфанхофен. – Только не буйствуй.

Первоконструкт еще какое-то время говорил с аборигенами. Ему хотелось узнать побольше о них, о их мире. Он старался, чтобы те видели – их посетили дружелюбные, благосклонные гости. Конструкциалы не причинят им вреда, напротив. Они помогут, если понадобится, защитят от любых напастей.

– Первоконструкт! – раздался тревожный сигнал. – Взгляни, в небе!..

Конструкциал вскинул объективы вверх – и тревогой наполнилось его стальное нутро. В воздухе тянулась дымная полоса. Будто реактивный след… но в этом мире нет таких технологий!

– Империоны! – провозгласил он. – Конструкциалы, в бой!

Могучий Друг, Излучающий Добро и Старый Кузнец уже поднимались в воздух. К ним присоединился Первоконструкт, и конструкциалы ринулись на перехват. Бесстрашные рыцари подлетели совсем близко к своему заклятому врагу… и опешили.

Их гравитационные диски зажужжали, стальные исполины подались назад.

– Это не империон! – просигналил Старый Кузнец.

И в самом деле. То, что конструкциалы приняли за одного из ублюдков-империонов, оказалось… животным! Самым обычным животным Голубой Планеты, только огромным, летающим и…

– Берегись, Первоконструкт! – оттолкнул его гравиударом Могучий Друг.

Поток плазмы. Гигантское животное изогнуло гибкую шею и на лету, почти не сбавляя скорости, изрыгнуло ревущую плазму.

– Местные формы жизни вызывают недоумение, – подлетел Излучающий Добро. – Оно же углеводородное, верно?

– Думаю, у нас будет еще время, чтобы их изучить… но потом! – воскликнул Первоконструкт.

Ужасный зверь уже разворачивался. Изогнув крылья, он совершил крутой вираж и шел обратно. Его шкура почти засветилась, пасть снова распахнулась…

В этот раз конструкциалы знали, чего ждать. Они раздались в стороны – и тут же ринулись навстречу друг другу.

Четыре гиганта мгновенно состыковались, образовали единое целое – и чудовище аж дернулось от изумления. Оно не могло затормозить на такой скорости, но направление изменило, свернуло в сторону.

Однако было уже поздно. Четверичный конструкциал обрушил на него уже свою плазму. Заработали все пушки разом, белые импульсы расплескались о багровую чешую зверя… и тот издал безумный рев.

Шкура злого создания оказалась прочнее стальной брони.