Эураль, или Действуй, сказал чернокнижник

Мы все на нервах, – сказал наконец Виктор. – Нервы – наше местожительство. Наша прописка.

О, великий Дехул-Ла, да славится твой свет, хватит уже юморить! Виктор так и не понял – и вряд ли поймет – почему Андрей поддался слезам. Не из-за смерти незнакомца, хотя и она потрясла до глубины души. Дело в том, что капитан был первым человеком, который вступился за Андрея. Еще и пожертвовал собой. А он с ним даже не познакомился.

Андрей снял со стены факел и склонился над трупом.

– Ты что делаешь? – спросил Виктор.

– Да возгорится твой Дар-Ла с новою силой, – прошептал Андрей, медленно проведя факелом над телом, – да не обнаружат тебя обитатели огненных долин Шахера, да будет звучать твоя песнь, да направит тебя Когру там, где ты сейчас. С ним я покоен. Ему моя жизнь отдана.

– Это что, ритуал какой-нибудь?

– Наверное.

– А вы, мальчики, кто? – раздался приятный женский голос у них за спиной.

* * *

На девушке были голубые джинсы с высокой талией, кеды Vans и белая свободная футболка с надписью «Я художник.

Она разглядывала Андрея и Виктора с интересом, как скульптуры в музее или солнечное затмение. Труп капитана, казалось, нисколько ее не смущал, как и пыточные конструкции вдоль стен – все эти дробители колен, «груши» и железные девы. Андрей предпочел бы не перечислять в голове названия, но такая уж у него специфическая эрудиция. Пялиться на девушку, как это делал Виктор, было тупо. Андрей очень стеснялся, и предпочел водить туда-сюда взглядом, на секунду задерживаясь на ней, и на пять – на окровавленных клещах, шипах и пластинах.

– А ты кто? – сориентировался наконец Виктор, нарушив сюрреалистичную во всех отношениях мизансцену и закрыв распахнутый до сих пор рот – не то от удивления, не то от красоты незнакомки.

– Я Василиса. Только, пожалуйста, не Вася, а именно Василиса. Не люблю, когда имена коверкают, – и продекламировала:

Что в имени тебе моем?

Оно умрет, как шум печальный

Волны, плеснувшей в берег дальний,

Как звук ночной в лесу глухом[2 - Александр Пушкин «Что в имени тебе моем…»].

– Я Виктор. Можно Витя, Витек, Виттель.

– Виттель? Как вода?

– Ага.

– А ты? – она перевела взгляд на Андрея.

– Я Андрей, – пробормотал тот.

– Ты помнишь, как сюда попала? – спросил Виктор.

– Смешной ты! – хихикнула Василиса. – А как, по-твоему, попадают в сон?

Андрей и Виктор переглянулись.