Эураль, или Действуй, сказал чернокнижник

Так вот, чем обусловлено ее спокойствие!

Так-то и у них – у каждого – возникали мысли о сновидении, о грезах, о том, что все это лишь звездная пыль отключенного мозга. Но прошло столько времени, столько «щипков» от реальности, что эту версию можно было спускать в унитаз.

Но стоило ли грубо разубеждать Василису?

И вообще… Может, она все-таки права?

– Ты, наверное, имеешь в виду фазу быстрого сна? – проговорил Виктор. – Это когд…

– Я обо-жа-ю сны! – весело прервала его Василиса. – В них столько вдохновения, каждый сон – точно жизнь с новым набором эмоций.

И она продекламировала еще одно стихотворение:

Сон сочиняет лица, имена,

Мешает с былью пестрые виденья,

Как волны подо льдом, под сводом сна

Бессонное живет воображенье.[3 - Самуил Маршак «Сон»]

– А как засыпала – помнишь? – спросил Виктор.

– Ну, этого я никогда не помню. Если честно, не помню даже как в постель ложилась.

– А что у тебя за Книга?

Василиса только сейчас поняла, что держит что-то в руках.

– Надо же! Я и в жизни с ней никогда не расстаюсь, а теперь она оказалась в моих грезах. Только это не Книга.

– А что?

– Это молескин. Скетчбук. В нем я рисую и записываю стихотворения, которые тронули меня до глубины души. Здесь все: сонеты Шекспира, китайская поэзия эпохи Тан, немного испанцев, немного немецких экспрессионистов, серебряный век русской поэзии. И кое-что свое.

– Понятно, – пожал плечами Виктор. – Я не люблю стихи. Не вижу в них смысла.

– Пропущу эту реплику мимо ушей, – рассмеялась Василиса. – Но вот что интересно: стихи стали настолько осязаемыми… Они здесь будто летают как бабочки, и проходят сквозь меня. Вот, послушайте:

Веселится темнота,

Праздно рыщут всюду тени.

Подо мной не видно дна:

И дрожат, дрожат колени!..

Андрей вздрогнул. Когда отзвучала последняя строчка Василисы, по его спине побежали мурашки, а комната – и без того жуткая – потускнела; реальность словно сделала попытку провалиться, и ребят с собой прихватить.

– Блин-оладушек! – воскликнул Виктор. – Вы видели это?

– Я же говорила, – улыбнулась Василиса и обняла скетчбук, – я давно мечтала посмотреть сон, в котором строки буквально оживают…

Виктор встряхнул головой:

– Слушайте, это, конечно, все весело, но нам надо понять, что делать дальше. В конце концов, мы здесь заперты, а снаружи банда маньяков с кинжалами.