Встреча в час волка (сборник)

Ее насиловали! Ее, благородную старую женщину, которая хотела всего лишь в своих белых ажурных сапогах дойти до чистой смерти. Она потом вспомнит нерусскую речь и даже их лица. Это были мигранты, явно под наркотиками. Их спугнула приближающаяся машина с яркими фарами. Бандиты оставили ее и убежали. Мария Ивановна могла бы успеть выйти к этой машине, но не в таком же виде. И она поднялась, побрела к дому. В лохмотьях, с разбитым опухшим лицом, взлохмаченными седыми волосами, без сумки из Парижа, в которой остался тот сладкий кусочек.

Она вошла в подъезд, набрав код, но не стала вызывать лифт, потому что не увидела бы там цифры на кнопках, а посчитать сейчас не было сил. Поползла, буквально на четвереньках, по лестнице на свой четвертый этаж. Позвонила в квартиру соседки Саши. Прохрипела, когда та открыла:

– На меня напали, Саша. Сумку с ключами отобрали. Попроси мужа взломать мне дверь.

Ее хлипкая дверь легко отдала символический замок.

– Тебе что-то нужно? – спросила Саша. – Давай вызовем «Скорую», полицию.

А то мы завтра на пару дней уезжаем на дачу.

– Не нужно, – ответила Мария Ивановна. – Если я сейчас не лягу спокойно, то меня все равно никто никуда не довезет. Принеси мне сладкого чаю, пожалуйста. Я утром сама позвоню.

Она выпила принесенный соседкой чай, а когда соседка ушла, закрылась изнутри на защелку… А до ванной не доползла. Упала посреди комнаты на пол.

Через два дня соседи вернулись, и взволнованная Саша, не дозвонившись и не достучавшись до Марии Ивановны, вызвала «Скорую» и полицию.

Дверь взломали. Марию Ивановну в коме доставили в больницу. После капельниц она пришла в себя. И все вспомнила. Все рассказала следователю. Он записал показания, уточнил:

– Точно сможете опознать нападавших?

– Точно.

Врачи зафиксировали побои, факт изнасилования. Поскольку Мария Ивановна так и не дошла дома до ванной, врач сказал, что материал для установления личности насильников – есть. Сперма, царапины на теле Марии Ивановны, сделанные руками с длинными, грязными ногтями.

Все это было зафиксировано в истории болезни. И в уголовном деле, открытом следователем.

Медкарту Мария Ивановна привезла с собой через три дня.

– Дольше держать в больнице никого сейчас мы не можем. Нет мест, и сотрудников сократили, – сказала старшая медсестра, отдавая ей выписку.

Пришла Саша, помогла постелить чистую постель. Принесла завтрак. Позвонила следователю. Тот сказал, что скоро приедет.