Король Севера. Измена

Третья стена отделяла замок от поля с одной стороны и от огромного сада – с другой.

В саду лет двести тому назад вместо старой, в конец развалившейся, выстроили новую часовню. Прислужники и прислужницы в ней периодически менялись – их присылал Храм, руководствуясь собственными соображениями. Чаще службы в Холдстейне проводили жрецы Тармея и Аэлиннэ – большие храмы, посвященные Богу Плодородия и Предвечной Матери, ближе всего располагались к Вантарре. Реже приезжали слуги Вудэка – храм Бога-воителя стоял в неделях пути, на Равнинном Просторе.

Жрецы Иллерии появлялись еще реже: раз в пару лет. Храм Покровительницы Юных предпочитал отправлять прислужниц на юг.

Жрецы Кэссопа не появлялись вовсе. Не дело служителям Бога Умерших вмешиваться в другие дела.

На краю сада, возле небольшого пруда, располагался склеп. Родовая усыпальница лордов Вантарры.

Опавшие листья – самые разные: желтые, красные, рыжие, словно лисий хвост – полностью засыпали вход. Их мягкий покров пышным ковром лежал на уходящей под ноги лестнице, упруго прогибаясь при каждом шаге.

Со скрипом растворилась рассохшаяся дверь. В подземелье пахло сыростью – влага почвы просачивалась сквозь разошедшиеся стыки камней, каплями стекая по стенам. Казалось, склеп плачет над своими обитателями.

– Здравствуй, папа, – поприветствовал Моэраль отца, проводя ладонью по саркофагу. – Я пришел кое-что рассказать.

На руке остались пыльные отпечатки, и Моэраль отер ее о край плаща.

Отца не было в этом мире, но молодой Холдстейн еще не мог к этому привыкнуть и чувствовал себя смущенным, стоя перед каменной плитой, скрывавшей родного человека. Он каждый раз здоровался, говорил… и словно ждал ответа. Моэраль верил: отец все слышит.

Так было и в этот раз. Промозглый ветер влетел в склеп, прошелся по полу, сдув собравшуюся пыль, и в его шуме Моэралю послышался голос отца.

– Сы-ы-ын…

Моэраль опустился на колени перед последним пристанищем родителя.

Тут не надо было медлить, ходить обходными дорогами. Как при жизни, так и после смерти с Фрайвиком Холдстейном можно было говорить напрямую.

– Таер умер и назначил меня своим наследником.

Новый порыв ветра вновь прошелестел по каменным плитам:

– Не-е-ет…

– Он это сделал. Но Линель не учел пожеланий отца …

Ветер молчал. Безмолвствовал отец. Поэтому Моэраль продолжил:

– Я долго думал и принял решение. Воля дяди должна быть нерушимой.