Король Севера. Любовь

Вытоптанные поля вокруг, переоборудованные под тренировочные площадки, наводили на мысль, что к войне в этих местах относятся серьезно. Здесь она была не болью и разорением, а доходным делом, поставленным на поток, способом заработать на чужой беде. Провожаемый равнодушными взглядами легионеров Фадрик невольно чувствовал легкий озноб – ну как вся эта натренированная сила встанет на сторону Холдстейна?

Князь Герих приветствовал гостей радушно, с улыбкой принял привезенные подарки – еще одна обязанность для посетителей княжеских земель – усадил за стол рядом с собой.

Лично налил Фадрику крепленой медовухи…

Кортеж продолжил путешествие лишь на третий день. Перепившиеся слуги не в состоянии были раньше отправиться в дорогу, да что там слуги, казалось, даже кони пошатывались в упряжке. Герих, толстый, чернобородый, с масляно поблескивающими глазками, насквозь кажется пропитавшийся спиртом, довольно ухмылялся. Для него, похоже, вусмерть упоить гостей было верхом гостеприимства.

– Передавай привет Малику, – сказал он вместо прощания, облапив Фадрика как медведь. – И удачи тебе. Знаю, знаю, зачем ты едешь, мы не дураки тут сидим. Только я вот что тебе скажу: коли уж ваши дипломаты с Советом ничего не решили, и от отдельных князей вам помощи не будет.

Удрученный наставлением князя, Фадрик с тревогой приближался к вотчине Малика. Князь – участник Совета, один из самых уважаемых людей в Вольных Княжествах – кто если не он мог оказать помощь Линелю, переломить ход пока что неудачной для Сильвберна войны? Фадрик гнал мысли, что и для него самого вмешательство князей в войну имеет немалое значение.

Страшно подумать, чего Фадрику Молдлейту ждать от Холдстейна, взойди он на престол.

Дом князя Малика был в три раза больше обители Гериха. Построенный из красновато-коричневого камня, словно сам по себе выраставший из огромного холма, понизу, как рвом, опоясанный рекой, он казался жилищем исполинского великана.

Избы крестьян и казармы солдат окружали его как цыплята наседку, зеленевшие ранней рожью поля простирались вокруг, насколько хватало глаз. Когда ленивое солнце проглядывало сквозь затянувшие небо облака, крыши замка блестели холодным металлом. На фоне стального блеска каплями крови выделялись алые стяги с гербом Малика – скрещенными секирой и мечом. Оружие всегда было основной тематикой гербов князей.