Дом на Екатерининской площади. Детективная повесть начала XX века

В некоторых источниках проходит как бывшая актриса. Её называли «главным палачом одесской чрезвычайки», ею пугали детей, она якобы казнила от 400 до 700 человек и собственноручно пытала свои жертвы. В газете «Одесский листок» от 24 сентября 1919 года была опубликована информация об её аресте, а в январе 1920 года она была казнена. При этом опять же некоторые источники отрицают факт ее существования;

Афинец, он же Афиноген Попаратис – одесский вор. Человек серьезный;

Крюк и Соловей – мелкие представители одесского уголовного мира, говоря иначе, «сявки»;

Петр Дрыгайло – водитель чекистского Форда, прозванного в народе «черным вороном».

Жаден и хитроват. Хочет сделать карьеру;

Джонсон – чернокожий американец, сторонник всеобщего равноправия;

Сергей Потапов, он же Чухонец, – убийца. Последнее время применял свои врожденные и благоприобретенные таланты на службе у революционной власти;

Прочие: обыватели, красногвардейцы, деникинцы, бандиты, чекисты и все остальные люди, населявшие город во время второго прихода Советской власти в Одессу.

I

20 июня 1919 года. Одесса, Екатерининская площадь

На голову Екатерины Великой зачем-то надели красный чепец, а саму ее укутали рогожей. Сейчас уже ничего, тихо. Только ограждения из колючей проволоки образующие узкий извилистый коридор, огибающий статую и поворачивающий обратно – почти до самого входа в дом Жданова, напоминают о вчерашнем ужасе.

Вся пространство Екатерининской площади вчера было заполнено людьми в серых шинелях и кожанках.

Удивляло огромное количество китайцев. Латышей тоже хватало. Шум и толчея, грохот автомобильных моторов, работающих без глушителя. Откуда-то появился плешивый низкорослый толстяк в кожаной куртке, поднялся на нечто вроде кафедры, полистал какой-то гроссбух и стал, водя по нему пальцем, выкрикивать фамилии согнанных со всего города и взятых по домам юристов и полицейских чиновников. Их собирали по два, три или четыре человека и заводили в дом № 6.

«Губернская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией, саботажем и преступлениями по должности» – гласила гигантская, на весь фасад, вывеска.

Ордынцев оглядел пустынную площадь. Вдалеке, у дома Жданова дежурили патрули – солдаты в серых гимнастерках с красными повязками на рукавах. Внутри оставались его товарищи – Буров, Баум, Стоев, Лурье. Были там и другие знакомые – и полицейские, и юристы. И чекисты.