Золото Джавад-хана

Золото Джавад-хана

Никита Александрович Филатов

Исторический детектив (Крылов)

В январе 1804 года русская армия взяла приступом крепость Гянджа, после чего владения убитого Джавад-хана оказались под властью императора Александра I. Спустя несколько месяцев персидский шах, заключивший союз с Великобританией, объявил войну России. Одной из целей этого похода было завладеть легендарными сокровищами Джавад-хана.

На пути тридцатитысячного персидского войска оказывается всего лишь один русский полк. Когда становится известно, что сокровища Джавад-хана вывезли из Елизаветполя вместе с кассой полка, за сокровищами начинается охота.

Персы ни перед чем не остановятся в желании завладеть «Золотым обозом»…

Также в издание включена историко-детективная повесть «Преферанс у господина литератора» – о борьбе служителей закона с политическими террористами в конце XIX века.

Никита Филатов

Золото Джавад-хана

© Филатов Н., 2019

© ИК «Крылов», 2019

Золото Джавад-хана

Картина художника А.

Шарлеманя

1. Поединок

«Дуэль – одно из самых загадочных явлений русской жизни. Подобно французскому балету и польской водке она относится к таким заимствованиям, которые очень быстро стали национальными особенностями»

Место выбрали, по обыкновению, неподалеку от городской стены – примерно в пяти верстах вниз по течению, на берегу.

– Вы правы, сударь мой, стреляться надобно в хорошую погоду…

И действительно, было ясное, свежее летнее утро – именно та его пора, когда уже отступил, затаился в глубоких ущельях ночной холод и уже не пробирает до самых костей сырой ветер.

Когда солнце, едва появившееся на пронзительно-синем, безоблачном небосводе, еще не начало припекать во всю силу, но пока только ласково согревает своими лучами кавказские горы. Пахло пряными травами, щебетали какие-то птицы, и даже ленивые толстые мухи по-настоящему не докучали ни людям, ни лошадям…

– Но кой черт завел обычай назначать поединки в этакую рань?

Штабс-капитан Парфенов, лысоватый сорокалетний мужчина с нездоровым цветом кожи, был старшим из офицеров 17-го Егерского полка, оказавшихся в этот день и час за пределами гарнизона.

Темно-зеленый походный мундир его украшала Анна 3-й степени.

– Да так уж принято, – пожал в ответ плечами сухощавый седой старичок в статском платье.

Звали старика Иван Карлович, был он цирюльником – но, как нередко случалось тогда в русской армии, исполнял заодно и обязанности полкового лекаря.