Я, Нони, и я живу у моря-океана

Обычная комната с рисунками острова на котором я живу. Кого это сможет удивить?

Камней что ли не видели? Мама моя всю жизнь на этом острове живет и что она не видела эти камни? Конечно видела! А море-океан? Конечно видела! И зачем я тогда делаю эти записи?

Я думала. Думала и смотрела в окно. Оставаясь в том же положении, что и была прежде. Сидела на полу, скрестив под собой ноги. Деревья качались, облака проносились быстрее обычного; черные птицы парили, пытаясь завоевать ветер и передвигались не зримыми нитями совершено не махая крыльями.

За стеной мама готовила ужин, я представляла, как теплота, паря над кастрюлей превращается в эти самые облака и уносится прочь.

Запахло морковкой. Эта мысль захотела перебраться к кухне немного поближе.

Сев за стол, мама сразу же дала мне морковку. Некое таинство маминой готовки – обязательно съесть морковку одну на двоих. Я хрумчала сладостью, впитывая в себя оранжевый сок.

Другая порезанная морковка отправилась в дымящую кастрюлю, там уже разварился горох.

Мама вытерла руки об полотенце, взяла свою половинку морковки и села рядом со мной на соседний стул.

– Так и что там с книгой?

– Да, ничего, – ответила я, грустя по исходу мыслей. Которые, как облака убегали, а за ними следовали в точности такие же.

– Нони, я не слышала, что ты говорила, мне послышался твой голос и я пришла думая, вдруг бабушку пропустила и ты с ней говоришь, – сказала мама, чувствуя, что я погрустнела, – А ты одна.

Мне интересно, как ты видишь мир. Я заинтригована. Расскажешь немного?

– А что рассказывать? Ты видишь тоже что и я. Камни. Море. Птицы. Нет ничего интересного, что бы кому-то понравилось.

– А ты пишешь для других? Или для себя?

– Я не знаю. Я просто записываю. А тут подумала, что все видят камни и не о чем тут и писать и читать.

– Какие камни?

– Ну, камни с мхом, у дорог, наш забор с зеленым мхом, и деревья тоже во мху. Думаю это не интересно.

– Мне нравилось его трогать в детстве, он как перинка, – сказала мама немного подумав, – Очень приятный, мягкий и думается теплый, но мокрый, – я смотрела на маму, а она вспоминала, – Удивительная живность природы. Если ты хочешь запомнить мох, записать о нем, в этом есть что-то такое, знакомое. Уютное. Я бы почитала о мхе, о том, как ты его видишь. В этом и интерес, писать о том, что тебя волнует. А у других своя голова, и они думают о другом.