Изображая зло. Книга вторая

И, боюсь, она единственная может реально помешать деятельности Мелькарта.

– К чему вы клоните?

– Уходя, Виктория сделала самое главное – передала ученику свои миллиарды и компанию. Я последую её примеру. Я завещаю место в ареопаге вам.

Александр не нашёл, что ответить. Он поражённо смотрел на то, как бессмертный начал расстёгивать верхние пуговицы рубашки и извлёк широкий перстень, который висел на толстой цепочке. Детектив сразу же узнал традиционный символ власти.

– Я не виновен в её гибели, но Мелькарт никогда в это не поверит.

Потому что в тот день я пытался его убить, – Сен-Жермен протянул перстень. – Примите это.

– Нет.

– Иллюзий я не питаю. Мелькарт наверняка уже придумал, что со мной сделает. Не стоит надеяться на возвращение, и всё-таки… если удастся выжить, у меня будет повод вас навестить. Я приду за своим сокровищем.

– Я не возьму его.

– Да перестаньте! Чего вы боитесь? Немилости иллюминатов, их гнева?

– Я и так слишком долго был под прицелом…

– Так нападите на них первым! Устройте показательную порку.

Вы справитесь. В ком, в ком, а в вас я никогда не сомневался.

– А как же философский камень?

– Он ничего не значит. Наследие куда сильнее. Наследие сильнее всего остального. И пока живо моё наследие, – Сен-Жермен схватил Александра за руку и вложил перстень ему в ладонь, – буду жив я.

Гостиную обуяла тишина. Случайный взгляд упал на большое настенное зеркало. «Прискорбно», – подумал алхимик, – «что суть вещей в нём отражается лучше, чем в наших глазах».

Он увидел своего неофита и себя – разделённых непремиримым временем и от этого разных; один был полон огня, другой познал разочарование.

Будто боясь передумать, Сен-Жермен быстро поднялся с дивана и, не сказав больше ни слова, вышел.

Александр же остался наедине со своими демонами.

Он не хотел всего этого. В орден ему пришлось вступить, чтобы избавиться от преследований и постоянного давления; откуда же детективу было знать, какие возможности перед ним откроются, если присягнёт врагам? Иллюминаты владели обширной агентурой, в ареопаг входили влиятельные бизнесмены и политики, а появление в их рядах агента Интерпола только усилило позиции.

Спустя какое-то время Александр продвинулся в дирекцию, проник в тайные связи преступных синдикатов и правоохранительных органов.

Но к чему он точно не был готов, так это к роли главного кукловода.