Изображая зло. Книга вторая

Они переглянулись, и что-то таившееся в глубине их глаз насторожило Рида. Мужчины будто безмолвно общались друг с другом. «Насколько хорошо Мелькарт знает этого греческого бандита?» – подумал Картрайт. – «А главное, насколько хорошо Гектору знаком Мелькарт?»

Агент свыкся с мыслью, что у начальника нет и не может быть друзей. Он ни перед кем не раскрывался. «Но тогда кем приходится этот странный грек? Когда успел войти в доверие? И почему сейчас?»

– Ты уже определил лучших?

– Да. Желаешь познакомиться?

– Мне бы хотелось их увидеть.

Гектор кивнул и нажал на пульт. Кабина пристроилась там, откуда наиболее удобно было наблюдать за действиями. Затем он извлёк микрофон, включил и бесстрастно произнёс:

– Раз, два, три. Меня слышно?

Рыцари все как один застыли в ожидании.

– С удовольствием спешу сообщить: сегодня нас посетил Хозяин.

Реакция бойцов ошеломила Рида. Они зааплодировали, некоторые одобрительно просвистели. Монохромную массу лиц озарили улыбки. Рид, конечно, знал, что молодым людям нравился Мелькарт, но не думал, что это чувство выражается в виде глубокого, сакрального почтения.

– Хозяин приготовил особый подарок, – в голосе Гектора зазвучало воодушевление. – Этот подарок достанется тем, кто сумеет себя проявить. Я объявляю состязание, на котором будут участвовать лучшие воины, отмеченные нами по результатам прошлых поединков. Пусть вперёд выйдут те, чьи имена я оглашу. Остальных прошу освободить площадку.

Гектор принялся перечислять имена, и в итоге тридцать шесть претендентов предстали перед скрывавшимися в кабине судьями.

Через окна Мелькарт прекрасно видел свою армию, тогда как она его нет: односторонние стёкла защищали от плодов ненужного любопытства. Только доверенным, выдержавшим испытания довелось познакомиться с организатором их преступного братства.

Состязание обещало быть долгим. Мелькарт с удобством устроился на скамье, отложил золотую трость и вытянул ногу, которая всё ещё доставляла неприятности. Рид помнил, с чем это связано, но предпочитал не говорить о том происшествии.

За годы работы под руководством Тессера он ни разу не заикнулся о трагедии в Альпах. Рид вообще не хотел обсуждать фрау Морреаф с человеком, ради которого она умерла.

Гектор вызвал первых претендентов. Мальчики, ещё не постигшие премудрости взрослой жизни, но уже вкусившие кровь. Горячие, смелые, дерзкие. Рид с отчаянием узнавал в Рыцарях самого себя. С некоторыми судьба обходилась слишком жестоко.