Харбин. Книга 2. Нашествие

Он обвёл взглядом полутёмный кабинет и увидел, что через щели между створками стоявшей у стены ширмы слегка пробивается свет.

– Заходите, господин лейтенант!

Тут Кэндзи понял, что Асакуса находится за ширмой, там была ещё одна комната, в которой он не был. Он как влетел в здание миссии, не заходя в свой кабинет, в пальто, так и оставался в нём. Здесь Кэндзи пальто снял и осторожно положил на подлокотник кресла.

– Ну! Что ж вы медлите, лейтенант, заходите сюда – за ширму.

Асакуса сидел на корточках около поставленной на камни в самой середине пола медной, похожей на котелок хибачи и помешивал в ней горящие угли.

Огонь мягко лизал стенки небольшого подвешенного над хибачи чайника, и на самых кончиках пламя, похожее на беличьи хвосты, давало немного света. Стены комнаты были затянуты квадратами желтоватой бумаги, пол выложен соломенными татами. Справа от Асакусы была токонамо – ниша высотой в три четверти человеческого роста, углублённая на полтора локтя в стену. Внутри токономо висела акварель – сидящий на ветке, как будто бы мокрый от дождя ворон. Под акварелью стояла серая каменная, размером с ладонь тушечница, а рядом с ней – высокая фарфоровая вазочка с кисточками для письма.

Неверный свет горящих углей отблёскивал на стального цвета с чёрными отворотами шёлковом кимоно полковника. Его движения были медленными и размеренными.

На секунду Кэндзи застыл.

– Прошу! – Асакуса указал ему рукой на место против себя.

Кэндзи было шагнул, но тут же запнулся и неловкими движениями стал носком за пятку стаскивать тяжёлые, на шнуровке, европейские ботинки.

Они не поддавались, а когда поддались, Кэндзи незаметно ногой вытолкал их за дверь.

– По-моему, вы очень торопились, лейтенант?

Кэндзи, упираясь кулаками в колени, низко поклонился.

– Прошу меня извинить, господин полковник!

Асакуса продолжал помешивать угли.

– Только не говорите, что вы удивлены!

– Удивлён, господин полковник!

– Разве на Пристани мало японских и китайских чайных?

Кэндзи ещё раз обвёл помещение взглядом – в комнате всё было настоящее, японское, даже запах горящих углей.

– Там не так.

– А как?

– Там всё не по-домашнему. Там всё на продажу.

– А разве в Японии нету этого – на продажу?

Полковник был прав – в Японии в любом городе, любой деревне можно было найти чайный домик или чайную комнату в ресторанах, гостиницах, на постоялых дворах, но это в Японии.