Лицемер

– Спасибо за лесть, Доминик! – процедила сквозь зубы, тогда остался один. Да, я в жизни не ночевал в подобном хлеву. Тут плесень везде. Больше напоминало сарай. Улегся для видимости возле плиты. Подожду ночи, а потом начну действовать. Еще подушку неудобную принесла. А про короткое одеяло молчу. Ворочался час, потом другой. Уже спина болит. Тихонько отворил дверь, кругом темень. И лишь в комнате напротив горел светильник. Не спит чумазая овца. Слышу, как копошится среди своих красок. Шагаю, окутывая всё страхом, а после стучусь к ней.

– Не спится. Могу лицезреть твой шедевр?

– Боюсь это плохая затея.

– Мне даже дышать запрещено с тобой? Я же аморальный. Да, Тиша? – возмущался до ужаса.

– Нарочно ругаешься? Кристина проснется.

– Справедливости желаю добиться. Другом становится не хочешь. Я в чем виноват? – сокращал между нами расстояние, а потом нарочно захлопнул дверь. Коварный план удался.

– Господи! Что натворил? Замок заедает! А ключ у подруги.

– Да, и будить ее в час ночи, очень плохо. Мне жаль, Тиша. Заночую с тобой. Вместе поместимся?

– На полу лягу. Всё равно долго не сплю, – вся нервничала. От ее тихого голоса, просыпается бешенство.

– Я скотина в твоих глазах? И обязан заставить девушку валяться на холодном паркете. Сейчас осень. Любой проживающий в Питер в курсе насчет пронизывающих ветров. Отопление пока не дали. И ты собралась заболеть? – показывал свое беспокойство.

– Кофтой укроюсь.

– Обойдешься. Ложись на диван, немедленно. Или я выброшу мольберт!

– Сдурел? Кто позволит? – спорила со мной, прям зашипела поганка.

– Выбирай. Или соглашаешься, или с ним простишься! – шантажировал, и она ошарашено выпучила глаза. Неужели победил в схватке. Даже не верится. С недовольством устраивается на подушке. А я укрываю ее одеялом. Эту ночь, запомнишь надолго, голубка.

– Доволен, шантажист? Положи его на место!

– Сердитая Тиша, только не злись. А то становишься еще более красивой, – бросил ей комплимент.

– Мы не будем спать вместе!

– А где мне ложиться? На балконе? За простуду ты будешь отвечать, – жалостно проронил.

– Хорошо. Тогда возьми другое одеяло.

– Обязательно, художница, – предполагал, как закончится ночь.

ГЛАВА 10

Тиша

Сплошной дискомфорт. Сложно отдохнуть, при столь пристальном внимании. Будто очутилась в лесу, вблизи голодного зверька.