Вам конец, Ева Григорьевна!

– Сейчас моя прелесть, ты подожди меня на кухне, – трясусь, не хочу, чтобы она видела этого напыщенного мерзавца.

– Так у тебя есть дочь? Почему она не называет тебя мамой? А муж? Как всё запущено, – прикусывает он свою нижнюю губу, и надвигается на меня как ураган.

– С меня хватит, посмотрим, как ты запоёшь, когда я всё расскажу твоему отцу.

– А что вы расскажите? Это я в вашей квартире, а не вы в моём доме. Сейчас я возьму телефон и засниму, как мы с вами придаемся ласке, круто я придумал? – он обхватывает мою талию, и я не могу выбраться от его хватких рук.

– Оставь меня в покое, я не поведусь на твои сладкие речи. Найди себе нормальную девушку, и просто уйди из моей жизни,

– Какие красивые глаза, они такие зелёные и грустные. Тебе кто-то обидел? Скажи, я порву его на части, – и тут он переходит все рамки приличия, а просто касается своими губами моих ключиц, и я прихожу в бешенство. Отталкиваю его от себя и напоминаю ему, чтобы он меня послушался:

– Даю тебе пять минут, чтобы ты покинул мою квартиру, ясно тебе?

– Я хочу есть, неужели вы не покормите своего студента? Это так непедагогично, Ева Григорьевна.

И мне нужно в ванную, не проводите? – каждая фраза пропитана сарказмом, как я могла вообще позволить ему остаться.

– Налево, вон та коричневая дверь, – сжимаю руки в кулаки. И понимаю, что у меня совсем не осталось терпения.

– А вы разве не проводите меня?

– Фролов, ты должен мне сказать спасибо, что я разрешила тебе остаться на ночь. Ты вчера чуть не умер от своей пьянки.

Что тебя не устраивает? С жиру бесишься. Тут живёшь на одну зарплату, крутишься, как белка в колесе, а такие, как ты, просто не знают таких проблем, – понимаю, что я наговорила лишнего. И тут он заталкивает меня в ванную и приподнимает мой подбородок:

– Я могу заплатить тебе, сколько хочешь. Давай назови цену, я щедрый парень, – он приближает свои губы, а я со всей силы даю ему пощёчину:

– Ты просто ублюдок, – выбегаю из ванной и вспоминаю про Катю, которая как раз смотрела мультики по телевизору.

От лица Егора

Вчера была годовщина смерти самого дорого мне человека, а отец даже не вспомнил про это. Пригласил домой шлюх и устроил самую настоящую групповуху. Как же я его ненавижу, почему его сердце ещё дышит? Надеваю на себя маску самого ужасного паршивца и выхожу из ванной, не могу не доставать свою любимую учительницу. Сажусь рядом к девочке и начинаю вести беседу

– Привет я Егор, – протягиваю я ей руку, и малышка дрожит.