Кто останется в хронике

– Всё правда, – удовлетворенно кивнул мастер и более мягко взглянул на меня. – С основными вопросами всё. Амирр, у вас будут вопросы?

– Будут, – уверенно заявил Тардаэш и немного подался вперед, пригвоздив меня взглядом к спинке кресла.

Я замерла, приготовившись к неудобным вопросам.

– Причина вашего появления в Смешанных землях восемь лет назад?

– Обучение зельеварению, поиск зелья, – легко ответила я. По идее, этот ответ он должен был сам уже знать, пообщавшись с моими сокурсниками. Должно быть, я угадала, демон кивнул, словно подтверждая имеющуюся гипотезу.

– Причина вашего появления в Мертвенной пустыне земель демонов тридцать семь лет назад?

Я замялась, но, наверное, он имеет в виду нашу первую встречу с ним? Не знаю, как давно это было и где, но там определенно была пустыня.

– Случайное перемещение. По неопытности.

Он не удержался, взглянул на камень, но тот горел ровным белым светом.

– Зачем вам нужна была шкатулка? Вы знали, что она у меня?

– Не знала, я поняла, чем она является в тот вечер… когда… – я замялась, не зная, как смотреть ему глаза, вспоминая горячие поцелуи и… – когда впервые её увидела у вас, вы тогда хотели починить кристалл защитного амулета.

Мне она была нужна, скажем так, для транспортировки зелья.

Он снова коротко взглянул на камень, а затем…

– Достаточно, – магистр поднялся с кресла. – Благодарю за помощь, мастер Тхар, и вас за ответы, госпожа Митрэ. Претендент Ишмерр, обсудите организационные вопросы. А я вас покину.

И с этими словами он пропал в тьме портала, больше не взглянув на меня.

Я почувствовала… разочарование? Затаенную боль?

Не удержалась, закусила губу, не в силах сразу подняться с кресла.

Он ведь мог… мог спросить что угодно и получить все ответы. Но не стал. Не спросил вообще ничего личного. Не выдал, кто я такая.

Но главное, не спросил вообще ничего… о нас.

6

Прерывистое дыхание казалось особенного громким в тишине соснового леса. Казалось, единственные звуки в нём – легкий шум проносящихся по сухим опавшим иглам подошв, шуршание ткани брюк и мои неровные вдохи.

Чистый воздух врезался в легкие, горло начинало саднить, а в боку – колоть, но я упорно продолжала бежать по еловым тропкам заброшенного животными и людьми леса.

Бег помогал привести в порядок мысли, возвращал контроль над своим телом, позволял принимать решения даже в тех случаях, когда ситуация казалась неразрешимой.

Но в этот раз я бежала только для того, чтобы успокоиться.