Серая чума

Но не та, что перекрывала проход к ларийской принцессе, а другая, из прохода обратно.

Стена стремительно пошла вниз…

Ванесса испуганно вскрикнула…

Логмир дернулся, не зная, что предпринять…

А Индрак просто шагнул назад и встал под плитой, подняв руки в позе атланта. Многотонная каменная глыба вдавила его в пол, дэвкаци покраснел от натуги, у него выпучились глаза, колени задрожали, на руках вздулись вены. Окажись на его месте человек, от него уже давно бы осталось лишь кровавое пятно, но дэвкаци слеплены попрочнее…

– Подруга, дергай обратно, дергай, дергай, дергай!!! – взмолился Логмир.

– Не работает!!! – истерично крикнула Ванесса.

Она уже успела дернуть все три рычага. Левый привел к тому, что открылся проход дальше. Средний не подействовал никак. Правый тоже – после того, как включилась плита, он словно бы сломался.

– Индрак… подержит… – еле слышно пророкотал дэвкаци. – Идите… быстрее…

– Мы мигом! – пообещала Ванесса, кидаясь в проход.

– Быстрее… у Индрака… трещит… хребет…

Логмир пронесся по коридору, как вихрь.

В его конце стояло удобное мягкое кресло, а в нем дремала благообразная старушка – Логмир подлетел к ней и ткнул в какую-то точку на горле. Бедная бабушка обмякла и упала на ручку кресла, лишившись сознания.

– А хаб ее знает? – пожал плечами Двурукий, обернувшись к возмущенно выпучившейся Ванессе. – Вдруг тоже колдовка? Ничего, очухается.

– Ладно… – проворчала Вон, растерянно глядя на ответвления коридора.

Их было два.

И оба заканчивались дверями.

Красными.

– Ты направо, я налево, – скомандовала она, пробегая по коридору, вышибая ногой дверь и врываясь в комнату.

Мигом позже справа послышался грохот и звук падения – Логмир сделал то же самое, но его дверь оказалась открытой, и он хряпнулся рожей об пол.

– Ваше высочество! – радостно воскликнула Ванесса.

Бесспорно, она попала в опочивальню принцессы. Роскошная комната, ковры, гобелены, картины, статуи и удивительно расфуфыренная кровать.

Огромная, с колоннами, увенчанными алебастровыми вазонами, задрапированная в ярко-лимонную парчу, огражденная позолоченной балюстрадой, да еще и увенчанная короной. Просто какая-то театральная сцена, а не постель.

С нее неторопливо слезала девушка лет восемнадцати. Ее явно разбудил шум – из одежды на принцессе была только кружевная сорочка и сетка для волос. Этим волосам действительно требовался уход – юную Гвениолу недаром прозвали Янтарновласой.