Осколки сфер. Часть I

Удар чёрного хвоста настиг одну из женщин внезапно и угодил в плечо со спины!

Остальные спаслись. Но Дженне пришлось полночи нести маленькую мири на руках. Чародейка почти бежала сквозь болота и, как могла, поддерживала в ней силы. Однако к тому времени, когда охотницы добрались до домика шаманки Аммы, гоблинша почти не дышала, а сама Дженна еле волочила ноги.

Не теряя драгоценного времени, мудрая Амма велела, не жалея, лить на лицо мири целебный настой из восьмидесяти трав. Помощник шаманки вспорол брюхо одной из свежепойманных крыс и, вынув ещё тёплую печень, приложил её к плечу охотницы.

Амма тем временем запалила очаг в центре хижины. Зеленовато-синий огонь заплясал по стенам. Шаманка запела, обращаясь к свету. И от звучной песни дрогнул воздух.

Смотреть на ритуал считалось дурным знаком. Присутствующие мири низко склонили головы. Только Дженна осторожно наблюдала за рисунками энергий, которые ткал низкий голос Аммы. Дженне показалось, что сами царства людей и духов сходятся, соединяются, перемешиваются.

Шкурки и кости мелких животных, висящие на поясе Аммы, будто оживали.

Шаманка пела, но из плотного мира голос её не мог пробиться до высших сфер. Мёртвые ящерицы, змеи и птицы служили словно скаковые животные! На них дух Аммы возносился выше обычного. Только оказавшись на грани между жизнью и смертью, он поднимался до слуха богини.

Когда песнь была окончена, старая женщина упала на пол без сил. Огонь в очаге потух, разошлись и сферы царств. Отравленная охотница в последний раз вздохнула и замерла на руках у подруг.

– Мать призывает к себе эту мири, – только и услышала Дженна. – Её смерть – наша плата за жизнь…

Мири тихо взвыли, заплакали над телом подруги. Оглушённая горем, Дженна не помня как вышла от шаманки. Добравшись до таверны Йонов, она рухнула на свою лежанку и проспала больше суток.

Помимо Матерей гоблины мири поклонялись ещё бесчисленному множеству богов. Буквально за каждый вид ремесла и искусства, за садоводство, охоту и так далее отвечал какой-нибудь скромный, но важный божок.

Алтари семейных покровителей, напоминающие усыпанные цветами птичьи кормушки, стояли у каждого дома. На перекрёстках и площадях возвышались деревянные идолы.

Сам Нора, который Йон-Йон важно именовал городом, походил скорее на кучки деревень, разбросанных по лесам и водным полям. Тем не менее это было единственное большое селение гоблинов мири на всём острове. А трактир Мамаши Йон оказался одним из самых больших строений в городе.