Осколки сфер. Часть I

Её худое тело было едва прикрыто короткой туникой, матовой и чернильно-чёрной, точно кожа демона.

– Паучий шёлк? – маг сощурил глаза. – Любопытно…

Волосы незнакомки ниспадали по её спине и плечам спутанным шлейфом, среди золотых прядей блестела седина. В лице девушки не было ни кровинки, бледные губы сомкнулись в линию, в глазах цвета морской зелени застыла пустота.

Мужчина обернулся, предчувствуя приближение нового персонажа. С южной стороны верещатника у череды узких вертикально стоящих камней появился мальчишка лет семи.

Едва различимый среди кустарника, он вприпрыжку бежал прямиком к восставшим из болот мертвецам.

– Фар-фар! – на ходу выкрикивал мальчик. – Гик-хем…

Головы воинов, как по команде, повернулись в его сторону. По их телам пробежала дрожь. Вразнобой солдаты двинулись на голос, вначале медленно и неловко, но с каждым шагом они набирали скорость. На их обтянутых высушенной, точно дублёной кожей черепах играли широкие голодные улыбки, в провалах глазниц едва заметно светилось фиолетовое пламя.

Кричавший на сей раз тоненько взвизгнул, развернулся и побежал прочь.

– …Так и будешь смотреть? – с наигранным разочарованием произнёс маг, обратив свой взор на девушку.

Некоторое время та не двигалась с места, наблюдая за происходящим. Только когда мертвецы почти нагнали мальчонку, она вздрогнула и тряхнула головой, словно очнувшись ото сна. Сферы её души и силы почти не читались за барьером плотного тела, но кое-что о ней травник знал наверняка…

– Ну-ну, – улыбнулся он, – и что ты будешь делать, ученица огненного мага?

Чародейка была обессилена, однако она могла обратиться за пламенем к восходящему солнцу… В следующий миг тело девушки неестественно выгнулось, пальцы выпрямились, а кожа на руках потемнела.

Находясь в месте силы, она даже не стала черпать энергию – просто сплела заклятье: небрежно, но легко, быстро и действенно.

– …Неплохой потенциал, – мужчина сложил на груди собственные потемневшие от магии руки, продолжая наблюдать за происходящим.

Странница сжала кулаки, будто схватила поводья, да только вели они к мёртвой воде. Девушка накинула вожжи на неумерших, связав себя с ними, и натянула ремни. Тень боли пробежала по её лицу. Она должна была ощутить весь ужас неутолимого голода, неописуемой жажды и тоски, которую испытывали солдаты… Однако тень озарилась едва различимым светом. Взгляд девушки прояснился, губы разомкнулись в болезненном подобии улыбки.