Шумерские ночи. Том 1

В сени, в парадную, в обширное помещение для рабов, в кухню, в кладовку и на лестничный пролет, с которого можно подняться на второй этаж или спуститься в подвал. Над дверью в сени висит апотропей в виде уродливого демона – он не пускает в дом злых духов.

Если какой и проникнет, дальше сеней ему не пройти.

При парадной расположена кладовка для постельных принадлежностей, большая умывальная и священный дворик – туда допускают только членов семьи, ведь там находятся молельня, алтарь и домашнее кладбище. Своих мертвецов шумеры стараются хоронить дома – родных не следует оставлять даже после смерти.

На втором этаже комнаты членов семьи и гостевые, лаборатория и мастерская хозяина, комната свитков и галерейка, опоясывающая внутренний двор. В подвале – холодный погреб для снеди и припасов, большая дренажная труба для нечистот и еще кое-что по мелочи.

Постельные принадлежности довольно просты – это циновки и паласы. Кровать есть только у хозяина с хозяйкой, да и у них не всегда. Жители великого Шумера привыкли к простым жестким ложам – выбрал свободный пятачок, расстелил циновку, вот постель и готова.

Если погода хорошая, спят обычно во дворе или на крыше.

– Ну, у нас дома все почти так же, – заявил Шамшуддин, осмотрев свое новое жилище от крыши до подвала. – Только немного просторнее – дедушкино поместье за городом, там места больше.

– Понятно, – равнодушно откликнулся Креол, ковыряя в носу. – Ладно, для начала запомни несколько правил, Шам… Шамшуддин, да?

– Угу.

– Во-первых, ты теперь младший ученик.

Так что открывать дверь гостям – теперь твоя работа.

– Думаю, это нетрудно, – дернул плечами Шамшуддин. – Что еще?

– Во-вторых, никогда не перечь учителю. Сам видел, что бывает…

– Вот уж правда… – поежился Шамшуддин. – Ты давно у него учишься?

– Месяц без двух дней. Тебе сколько лет?

– Пятнадцать.

– О, и мне пятнадцать! – оживился Креол. – Слушай-ка… а ты знаешь, что у тебя свет от головы отражается?

– Ненавижу эту лысину! – вспыхнул Шамшуддин. – Все принимают за жреца-евнуха!

– Ну, кроме них никто голову в детстве не бреет, – пожал плечами Креол.

 – Да ладно, тебе уже пятнадцать – скоро начнут принимать за просто жреца. Необязательно евнуха.

– Мало утешает… – пробурчал Шамшуддин. – Я хочу такие волосы, как у тебя.

– Конечно, хочешь, – гордо встряхнул смоляной копной Креол. – Все хотят. У меня и борода уже пробивается! А у тебя?

– А у меня – нет! – огрызнулся юный кушит. – Расскажи еще про нашего учителя.