Князь-дракон в магической академии

Все, ее терпение лопнуло; каким бы красавчиком или умником он ни был, она не проведет с ним наедине больше ни минуты.

– Все, спасибо. Я как-нибудь сама.

Эмилия направилась к двери, но Далмат преградил ей путь. Он коснулся ее плеча и снова указал на стул.

– Лия, я просто пошутил. Присядь, пожалуйста.

Они скрестили взгляды, и Далмат обворожительно улыбнулся, но на Эмилию это не подействовало. Он погладил ее по плечу, и Эмилия с омерзением стряхнула его руку.

– Присядь. Извини. Я просто не занимаюсь докладами по зоологии.

– Так бы сразу и сказал. Я тогда попрошу Маркэля, он мне его за спасибо сделает.

Далмат удержал ее, они встретились взглядами, и его взгляд был настолько тяжелым, что Эмилия под его тяжестью опустилась обратно на стул. Далмат убрал от нее руку и откинулся назад, принимая непринужденную позу, но лицо его оставалось темным. Он прикусил щеку, о чем-то размышляя.

Никак Эмилия не могла подумать, что староста так ревностно относится к своим клиентам. На этом можно сыграть, главное сделать это грамотно.

– В целом, я могу тебе с этим помочь, – сказал он.

– И как же? Пожелать мне удачи? – съязвила Эмилия и снова поднялась. Если он ее не остановит, она и правда попросит Маркэля. Просто это будет дольше. – Прости, я предпочитаю что-то более осязаемое. Например, готовый доклад.

Далмат умилился ее попытке задеть его, лицо его озарила улыбка, и Эмилию взбесило это еще больше. Не та реакция, на которую она рассчитывала.

– Если я покажу их тебе?

Эмилия остановилась, хотя уже почти дошла до двери, и обернулась.

Нужно изобразить удивление и постараться не показать, что она так и планировала. Все-таки манипулировать Далматом Сартсэги оказалось проще простого.

– Показать – это в смысле?

– В прямом. Оденься потеплее и возвращайся.

Она не смогла отказаться. Эмилия проследила за его высокой фигурой, пока она совсем не скрылась в узкой щелке двери. Эмилия не стала утруждаться и обсуждать Далмата с Гарцин; она быстро переоделась, нашла кеды и вернулась к нему.

Она снова громко постучала, и он без вопросов открыл. Его брови чуть приподнялись, когда он увидел ее; видимо не рассчитывал, что она вернется, и даже не стал одеваться. Он накинул свободную кофту, которая скрывала его широкие плечи, и теперь он выглядел как очень высокий тихоня; неудивительно, что за четыре года, три из которых Далмат был старостой, ни Эмилия, ни Гарцин не обратили на него внимания. Он был слишком хорошеньким.