Князь-дракон в магической академии

– А сколько ты пропустила? – спросила Некэйн. Она не была знакома с Фанобарреном, у нее уже не было зоологии.

Некэйн училась на шестом курсе, у нее были отвратительные отношения со всеми преподавателями и с большинством девочек в клане. Самые плохие – с госпожой Соргиной.

– Ну, недель шесть, – Эмилия сцепила пальцы. – Но он сам отменял эти обоссанные занятия. Я больше всех ждала, когда он скажет – нате, пожалуйста, приходите, и он каждый раз с вечера опять отменяет занятие. И когда мы его, наконец, вытащили, нажаловались на него в ректорат, он еле как приперся на занятия, и я опять виновата! Как будто это я ходила на него жаловаться.

– А кто ходил?

– Гойен.

Все повернулись к Сагари Гойен; она сидела, подперев голову ладонью, и даже не пыталась оправдываться. Она скучающим взглядом обвела девочек и Арнаса, который смотрел на нее без осуждения, и пожала плечами.

– Да, я пожаловалась на него в ректорат, – сказала Сагари и откинулась на спинку дивана. – Он не дает нам занятия, а в итоге спрашивать с нас будет, как будто мы на всех занятиях были.

Зато выглядел он так, будто его прессанули жестко.

– Я надеюсь, его уволят, – буркнула Эмилия.

– Я уверена, его уволят. После того, как ушел предыдущий – кто там был? – у нас вообще преподов по зоологии не осталось. Мне вообще сказали, он инженер.

– Ну и пусть поезда собирает, а не вот это вот все. Как его вообще взяли?

– Не хватало кадров, – Арнас пожал плечами. – Классика, берут кого попало.

Арнас всегда скучал на импровизированных собраниях клана, потому что его в последнюю очередь интересовали их общие дела и уж тем более мальчики.

Эмилия держала ответственность за семью на себе, и ему оставалось просто получать удовольствие от жизни. Но и это сестра у него отняла: приходилось постоянно быть с ней. Они были погодками от разных отцов; все вообще удивлялись, что они родственники: Арнас был высоким черноволосым красавцем, а Эмилия – маленькой рыжей стервой. Девочки в их семье всегда были копией матери, а вот с мальчиками иногда случалось… странное. Как с Арнасом. Мама никогда не говорила, кто его отец, но Эмилия подозревала, что к этому могут быть причастны Соргины. Что, конечно, вряд ли, скорее всего, на Арнасе просто неудачно отразилась история семьи Арте.

– Тем более, – забурчала Эмилия, – как вообще инженер может вести зоологию? Он права не имеет столько работ с нас трясти.

– С тебя, – поправил ее Арнас.

– С Гойен он должен был их требовать.