Боевая магия для травницы

Пусть лучше буду и дальше странствовать, чем лицедействовать, спасая свою шкуру.

– Не смей! – закричал Ти Лорби, стоило мне только подняться.

Я тут же села на место. Вся пустота, что царила в душе, куда-то испарилась. Мне даже на мгновение показалось, что над головой грянул раскат грома – задрожали стены, жалобно звякнули стеклянные дверцы шкафов, а в воздухе ощутимо запахло грозовой влажностью.

Я никогда не боялась мамы, хотя знала, что при желании она легко сможет смести с лица земли дом, в котором мы живем.

Могла… До того, как заболела черной аватой. Этой болезнью пугали всех магов от мала до велика. Подцепить ее – все равно, что обречь себя на медленную и мучительную смерть. Мама не рассказывала, как давно заболела, но все симптомы стали очевидны, когда мне уже стукнуло пятнадцать. И после этого я стала изучать травничество еще активнее, выуживать по крупицам знания из древних книг, пытать знахарок и лекарей. Но все как один говорили, что от аваты нет спасения. Но мама же жила! Да, ее магия угасала, но не так, как об этом говорили, не как зажженная свеча, жизненный срок которой, одна ночь.

Сколько бы она прожила, если бы ее не казнили?

А вот дядю вдруг испугалась.

Ти Лорби показался мне милым, немного чудаковатым магом… Но что если это было не так? Я напугала его, привела в замешательство неожиданным появлением. Он ведь не ждал, что однажды пасмурным вечером на его порог заявится потерянная племянница! Его и пожалеть можно было бы, если бы не тот факт, что познакомиться со мной он мог давным-давно.

– Слушай и запоминай, – его голос был тверже столетнего дуба. – Ты – моя двоюродная племянница Лета Ти Лорби. Твои родители погибли весной от рук преступников, которые напали на деревеньку, в которой вы жили. Погибло много людей, ты спаслась. Все лето прожила у родственницы матери, но от пережитого стресса у тебя открылся отцовский магический дар, и та отправила тебя ко мне. Надо бы только нарыть информации, место, где ты могла жить… Ведь будут спрашивать, и ты обязательно запутаешься в деталях…

– Не надо.

Найдите и помните сами, – успокоила его.

– Ты не понимаешь, Лета, тебя могут допросить и…

– И я скажу, что добрый дядя, дабы сохранить мой юношеский разум от пережитого потрясения, наложил на меня заклятие частичного забвения. Без обратной силы, – добавила, подумав.

Ти Лорби сел. Сел с размаху, почти упал, да так, что кресло под ним жалобно скрипнуло.

– Кто вы, юная леди?

– Ваша племянница, – улыбнулась ему.