Искушение для искусителя

Я не торопил. И вскоре она продолжила:

– Ас, ты же сам знаешь, я – человек. Была человеком, и под всей этой шелухой остаюсь им. И как любая человеческая мать, я готова рвать и крушить за свою дочь… Я так хотела, чтобы она выбрала канцелярскую работу…

Ева встала и начала ходить по кухне. Она всегда начинала мерить шагами комнату, когда нервничала.

Я перехватил ее и взял за руки.

– Успокойся. Я обещаю тебе, что с Никой все будет в порядке. Я сделаю все, чтобы…

– Что здесь происходит? – удивленный Иер замер в дверях.

– Привет, любимый, – Ева тут же бросилась к мужу.

– Привет, милая, – он обнял ее и чмокнул в макушку. – Верховный, – кивнул мне.

– Привет, Иер, – я подошел, и мы пожали предплечья. – Уверяю тебя, мы просто разговаривали о вашей дочери.

– Ева снова паникует? – он улыбнулся. И тут же скривился из-за болезненного тычка по ребрам.

– Да. Но я обещал присмотреть за Никой, – я честно пытался не засмеяться, глядя на гневно сопящую в объятьях Иера Еву.

– Я и не сомневался, – откликнулся черт. – Только не переусердствуй.

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Мы встретились взглядом, и я понял, что в отличие от бывшей души, Иер о печати уже узнал.

– Постараюсь, – кивнул я в ответ на невысказанный вопрос.

– Вот и славно. Поужинаешь с нами?

– С удовольствием!..

Лекция третья: физика тела

На второй день лекции Верховных я ползла как беременная черепаха. Идти не хотелось совершенно.

Но выбора у меня уже не было.

Вчера я долго рассматривала появившуюся слева чуть ниже груди печать Асмодея. Никогда раньше не видела этого символа (если честно, я ни одной печати Верховных никогда не видела). Между двумя кругами располагались буквы «A S M O D A Y»[5 - Асмодей]. А внутри меньшего из них – странная искривленная стрелка, пересекающая линию с маленькими перпендикулярными зарубками. Весь рисунок был диаметром с мой мизинец.

И казался удивительно правильной частью меня…

Черная татуировка Асмодея не давала мне покоя всю ночь.

Нет, она не болела и не жгла. Но она постоянно заставляла думать о том, кто ее оставил. О том, как Верховный прижимал меня к себе. Как мягко поцеловал… Рррр! Леший!

В очередной раз задумавшись о странном поведении Асмодея, я не заметила демона, стоявшего у ворот университета. И естественно врезалась в него!

Чешуйчатокожий парень недобро на меня глянул и отошел, ругаясь себе под нос.