Яцхен: Три глаза и шесть рук. Шестирукий резидент. Демоны в Ватикане. Сын архидемона

Но я же не сказал – хорошая, я сказал – прославленная. Самая знаменитая. Хотя прямо по соседству с твоим миром есть еще одна – даже покруче. Академия Деорга – слышал? Нет, конечно, откуда тебе… По сравнению с ними местные – жалкие любители…

– А это что за красный дворец?

Я указывал на огромное здание, вероятно, упирающееся прямо в здешнее «небо». Со стороны оно напоминало клубничный пудинг – идеально круглой формы, с приплюснутой макушкой, необычной архитектурой, напоминающей произведение умелого кулинара.

– В точку, патрон! – удивился Рабан.

 – Именно Красный Дворец, так и называется!

– И для чего он?

– Что? А, ну так это баня.

– Простая баня?..

– Не-а, не простая. Элитная! Только для особо дорогих гостей. Туда даже боги заходить не гнушаются!

– Угу. Боги, говоришь? Ну да, конечно, что это я… Раз уж сами боги, то и я хочу. В баньке попариться не помешало бы… Пустят?

– Отчего ж не пустить… Пустят, конечно, только у них и цены тоже запредельные… Эй, патрон, а ведь у нас с Волдресом в одном здешнем банке сейф! Давай сходим, заберем? Наличность не помешает…

– Сейф? Так тут и банки есть?

– Ну а то! Миргород – это межмировая Швейцария, тут все свои деньги держат.

Мы специально на такой случай и оставили – если вдруг… ну, чтобы…

– НЗ, короче, – перебил его я. – Угу. Где этот банк?

– Да недалеко. Полетим?

– Думаю, не стоит. – Я с сомнением пошевелил крыльями. – Еще не уверен…

– Да, пожалуй, не стоит, – согласился Рабан, проверяя что-то по своим каналам.

 – Тогда спускайся, пешком дойдем. Или носильщика возьмем.

– Носильщика? – переспросил я, спускаясь по винтовому пандусу в центре башенки. – А чего у нас нести?

– Тебя, конечно! – фыркнул Рабан. – Щас, спустимся, покажу…

– Что они, лестницу не могли сделать? – возмутился я, чудом не поскользнувшись. – На кой здесь этот пандус?

– Это тебе не Москва! Не все разумные умеют ходить по лестницам, бывают и многоногие, и ползающие, и прыгуны… Этим пандус удобнее.

По крайней мере, в одном Рабан оказался прав – в Миргороде я отнюдь не выглядел белой вороной.

Среди спешащих по своим делам прохожих попадались самые разные чудища. На меня никто не обратил внимания – подумаешь, еще одно незнакомое существо, эка невидаль…

– Вон носильщик, чуть правее той девицы, на которую ты пялишься – ехидно сообщил Рабан.

Я смущенно отвел взгляд от двухметровой красотки с четырьмя руками и таким же количеством грудей, и посмотрел на указанного Рабаном носильщика.