Шахта Шепчущих Глубин. Том I

Четыре длинных когтистых пальца на ногах, один из которых смотрел назад, всё это до жути напоминало мне лапу какой-нибудь курицы переростка.

Отвлекшись от мыслей об анатомии пернатых, я с интересом наблюдал за первым, встреченным мной кенку. Окрас имени над головой бродяги сообщал, что это игрок, а не НПС. Мадже?стро[7 - Художник – Steven Bellshaw], 22 уровень, архетип – разбойник.

Вытащив из-под одежды руку, странный товарищ явил белому свету лютню. Похоже когда-то это был добротный инструмент, который кормил своего владельца и знал заботу, сейчас же на лютню нельзя было взглянуть без слёз.

Гриф её был частично сломан – извилистая трещина уродовала благородный инструмент – и неумело обмотан веревкой для сохранности. Одна из пяти струн лопнула. Колки ссохлись и ощутимо кренились.

Маджестро невозмутимо прижал лютню к себе и извлек из неё первый звук. Лютня родила неприятный визг, резанув публику по ушам. Негромкие разговоры в зале стихли. Администратор – расфуфыренный дроу, до этого говоривший о чём-то с одной из официанток, нахмурился и споро направился к горе-музыканту.

Липовый менестрель, тем временем, бережно поправил колки и дернул рукой, извлекая знакомую мелодию. Печальная и тягучая, она зазвучала в заведении, прежде не слышавшего ничего подобного. Устремив взгляд в никуда, кенку протянул прекрасно поставленным тенором:

? Is this the real life? Is this just fantasy? ?

Администратор замер на полпути к сцене. Все без исключения гости с удивлением смотрели на маленького музыканта.

? Mama, just killed man.

Put a gun against his head

Pulled my trigger, now he's dead. ?

Я даже жевать перестал. Голос исполнителя вместе с всё ускоряющимся перебором струн затягивали слушателей в мир музыкальной магии. Когтистые пальцы всё быстрее бегали по струнам, не нуждаясь ни в медиаторе, ни в мизрабе[8 - Разновидность плектра (медиатора), используемая для игры на ряде струнных музыкальных инструментов. Представляет собой кольцо с «когтем» – выступом для защипывания струны.

], а вместе с ними ощутимо менялся голос Маджестро.

Фальцет исполнителя заходился в лихорадочном экстазе.

? Gallileo, Gallileo,

Gallileo, Gallileo,

Gallileo Figaro – magnifico! ?

Настроение песни постоянно менялось, как лента Мёбиуса. Гитарные риффы, насколько музыкант смог изобразить их на лютне, дали бешенный толчок слушателям, создавая бушующий напор энергии.

На лицах окружающих меня дроу не было какого-либо недоумения.