Я не буду с тобой

Спокойной ночи»

Пожелав шефу сладких снов, я выбила еще коньяка и отправилась в постель. Убираться не было ни сил, ни желания.

Глава 8

Надоедливый солнечный лучик настойчиво пытался пробиться в мой левый глаз. Очень настойчиво. Как будто в этом был его чертов смысл жизни.

Тихо матерясь, я натянула одеяло на голову.

Стало нечем дышать.

Я откинула ткань с лица.

Вернулся луч.

– Да чтоб тебя…

Резко села и открыла глаза. И тут же рухнула обратно, застонав от боли.

Вот чтобы бывает, когда практически непьющий человек психует и уговаривает за вечер полбутылки коньяка.

Не надо было потакать бессоннице и идти за добавкой.

Манящая забвением янтарная жидкость берет за свои услуги слишком высокую плату…

Встала я со второй попытки.

Нетвердой походкой доковыляла до кухни. И выпила пару таблеток от головы.

Рухнула на стул и стала ждать.

Минут через пятнадцать стало легче.

Настолько, что я смогла запихнуть в себя чашку кофе и доползти до ванной.

Еще через полчаса я стала похожа на человека.

Теперь можно и на работу.

Нацепив солнечные очки, я вышла из дома. Прошла по пустынной улочке и села в практически пустую маршрутку. Последнее – фантастика. Обычно они забиты так, что нечем дышать.

На остановке и около здания редакции тоже было на редкость малолюдно.

Я что проспала апокалипсис? Две трети населения Земли исчезли, а я не в курсе?

Ответ нашел в редакции. Я додумалась в первый раз за утро взглянуть на часы.

Литературных слов для описания собственной дурости у меня не нашлось.

Приду попозже… Ага.. Раньше на три часа не хотите ли, Кира Сергеевна?

Обреченно вздохнув, я поплелась на редакционную кухоньку. Сварганила себе кофе. Подумала. И пошла готовить текст для разворота со «Странниками»…

Их всеяредакционное величество, Олег Викторович Смолин явился на работу чуть раньше восьми утра. И так и замер посередь нашего общего рабочего зала, рассматривая меня как восьмое чудо света.

– И тебе привет, начальник, – усмехнулась я, развернувшись к нему вместе с креслом.

– Через пять минут у меня в кабинете. С двумя чашками хорошего кофе, а не той бурды, что вы в кофемашину сыпете, – скомандовал отмерший шеф и ушел к себе.

– Слушаюсь и повинуюсь, – пробормотала я себе под нос и пошла «слушаться и повиноваться».

Олег слушал, не перебивая. Да и в конце был как всегда скуп на комментарии.