Двенадцать

Вода из лопатки направилась точно в место посадки бусин, которые, похоже, были семенами, после чего Моэр вытер лопатку о штанину, и убрал ее обратно в рюкзак.

Внезапный приступ садоводства еще больше меня напугал, и я уже представила, как они пускают людей на удобрения, мечтая вернуть природе былое величие и засадить все настроенные человечеством бетонные глыбы растениями. Но парень не стал искать нож, чтобы окропить моей кровью посадки, а лишь сел по-турецки возле лунки и стал совершать движениями пальцами.

Это было похоже на сжимание и разжимание кулаков, только совершалось резче и каждым пальцем в отдельности. Кулаки стремительно разжимались, а затем также быстро сжимались обратно по одному пальцу, начиная с мизинца. Руки парня были жилистые и сухие, поэтому при каждом движении пальцев я видела, как шевелятся в его предплечье сгибательные и разгибательные мышцы под зеленой кожей. После пары десятков сжатий, парень приложил ладони вокруг того места, куда были помещены семена.

Его совсем не смущало, что его игры с силой земли вижу я. И я уже собиралась воспользоваться его увлеченностью процессом, и тихонечко улизнуть, но между его рук через минуты две проклюнулся крошечный нежный росток, с каждой секундой становящийся все больше. Через минуту руки парня покрывала густая лоза молодого гороха, а через еще парочку, эта лоза покрылась мелкими белыми цветами. После того, как рост растения остановился, парень убрал руки от земли, также вытер их о штаны удачно темного цвета и стал ждать.

Произошедшее произвело на меня куда большее впечатление, чем все, что я увидела сегодня за утро, да и за всю жизнь, так что мысли о побеге ушли на второй план, уступив любопытству. Я подошла и села в тени Моэра на расстоянии меньше метра. Вблизи парень оказался еще монументальнее, его ладонь могла закрыть все мое лицо, как маска. Осознав его масштабы, я моментально сочла приближение к нему ошибкой, но обратного пути не было.

– Моэр… а что ты ждешь?

Парень подпер ладонью руки, опертой на колено, лицо и таким образом повернулся ко мне и спокойно ответил:

– Пчелу.

– Почему именно пчелу?

– Да я знаю, что не только они опыляют, – начал оправдываться Моэр. – Но они мне кажутся наиболее надежными. Много раз было, что эти же хваленые бабочки летали вокруг куста, но, сколько я потом не старался, плодов не было. У меня тогда реально устали руки.