По ту сторону Тьмы. Книга первая

Сердце Мии пропустило один, а может даже и несколько ударов за раз, после чего натужно ухнуло о рёбра, будто вспомнило ни с того, ни с сего, что давно не гоняло через себя убойные дозы адреналина вместе с сумасшедшим притоком кипящей в жилах крови. Ещё и от затылка и до самого копчика обдало вполне себе физической волной эмоционального жара. Хотя понять до конца, что же это было, и что именно её так взволновало, девушка почему-то не смогла. Всего лишь необъяснимая вспышка то ли страха, то ли, поди разбери, чего ещё другого.

К тому же, предыдущий главарь стервятников из Пустоши, если так подумать, выглядел намного устрашающим и куда более опасным, чем этот явный психопат с ярко выраженным антисоциальным расстройством.

Видимо, Мия поэтому так быстро и успокоилась (правда, не до конца и едва ли надолго). Поскольку её чуть было не разобрало неожиданной вспышкой истерического веселья. Её так и порывало расхохотаться в полный голос и спросить на весь зал – что это, мать вашу, такое? Ведь «Джессика Лэнг» оказалась права на все двести.

Это всё походило на очень и очень невесёлую шутку с крайне дурным вкусом.

– Да-да, золотце. Даже не рассчитывай на то, что сумеешь миновать сей чаши, делая вид, что ты тут ни при чём и просто случайно ошиблась номером автобуса. У нас ошибок не бывает. Поскольку мы здесь тем и занимаемся, что исправляем чужие… Так что…

Мия долго пыталась понять, кого именно изображал из себя этот психопат и почему так нелепо вырядился. До Хэллоуина было ещё довольно далеко, если, конечно, они не очутились в какой-нибудь безумной секте любителей БДСМ-практик, главной составляющей которых являлись ролевые игры с тематическими костюмами всевозможных мастей и шокирующих образов.

Правда этот… Джокер (Мия не сразу подобрала ему кличку, поскольку его видочек собрал в себя сразу несколько предполагаемых вариантов из уже существующих в художественной литературе и кино антагонистов), если и стремился кого-то не напугать своим нелепым видом, то всё равно не вызывал надолго желаемого облегчения у выбранной наугад жертвы.

Поскольку мужчина оказался высоким, широкоплечим и с неслабой прокачанной мускулатурой. А то, что он расписал своё лицо ярко-красной помадой (или чем-то похожим на ярко-красную помаду), жирно обведя губы и большую часть кожи за границами рта неровной рукой, скорее придавала его молодому и вполне себе даже привлекательному лицу пугающий, а не веселящий образ.