Пепел в отражении

А если не был, то что тогда он вообще делал на парковке?

– Если что-то еще вспомните, позвоните, – прервал ее размышления Марк, вытащив из кармана прямоугольник картона и положив его рядом с принесенной подругами сумкой. – Саша сказал, ваши документы были в машине? – она кивнула. – Придется восстановить. Я попробую ускорить процесс, но ничего не обещаю.

– Я просил ваших подруг найти копию вашего паспорта, – вспомнил Александр. Дарина аккуратно подтянула к себе сумку, пошарила внутри здоровой рукой, пока не наткнулась на пластиковую папку.

Внутри обнаружились два листа бумаги с отпечатавшимся паспортом и правами. Марк взял ее, коротко кивнув в знак благодарности.

– Так дело может пойти… Пока отдыхайте, поправляйтесь. Я к вам еще зайду.

Александр незаметно закатил глаза, мгновенно представив, сколько нервов потратит он, его сотрудники и пациенты, прежде чем расследование ФСБ закончится. Не дожидаясь ее ответа, Марк пошел к выходу, а Дарина смотрела ему вслед и пыталась понять, почему вид уходящего майора ей так не по душе.

– Марк! – имя приятно скользнуло по языку, когда она его окликнула. Марк обернулся у самой двери, и она внезапно стушевалась. – Кроме меня… сколько еще пострадавших?

– Семнадцать, – помедлив секунду, ответил мужчина. Дарина похолодела.

– А погибших?

– Четверо.

Она с шумом выдохнула, сломанные ребра тут же отозвались ноющей болью. Мгновение Марк еще смотрел на нее, изучая, потом отвернулся и вышел. Александр последовал за ним, мягко затворив за собой дверь.

Единственным звуком в наступившей тишине осталось лишь размеренное капание обезболивающего – кап, кап, кап…

Бросив сумку на освободившийся стул, Дарина откинулась на подушку. В голове не укладывался произошедший разговор. Все случившееся походило на кошмарный сон, но, к несчастью, она твердо знала, что это не так.

Погибли четыре человека, и это при том, что все они находились дальше от взрыва. Если бы не Марк, погибших было бы пятеро.

Что-то в сегодняшнем разговоре ее смущало, что-то было не так.

Беспокойство Александра? Это его врачебный долг, беспокоиться о пациентах. Тогда, возможно, грозный взгляд Марка? После того диалога на парковке это было странно. Он позволил себе хоть какие-то чувства только, когда подумал, что ей плохо. Да еще этот излишне официальный тон… Может, это внутренние правила ФСБ?

Вот только это не отменяло того факта, что при разговоре с ним она неожиданно почувствовала себя… подозреваемой.