Письмо офицера

Ожидание становилось невыносимым. В очередной раз выглянув в окно и не увидев знакомых лиц, она вернулась к зеркалу. Отражение взглянуло на нее горящими от волнения глазами, на извечно бледной коже появился румянец.

Должно быть, это все пустое, и не стоит так переживать. Обычный ужин в кругу семьи и гостей. В ее жизни подобных вечеров были сотни, не считая званых вечеров и балов во дворце.

Что-то, однако, ей подсказывало, что именно этот вечер будет особенным.

Цокот копыт по набережной раздался ровно в шесть.

Гостей уже проводили в гостиную. С веселым смехом отец пожимал руку Ильи Алексеевича, пока скромно стоявшая рядом Лидия прижимала к груди книгу. Находившийся тут же Виктор Андреевич сдержанно улыбался, незаметно потирая запястье.

Удивительно, но это был первый раз, когда она действительно видела его волнение.

Улыбнувшись этим мыслям, она вошла в комнату. При виде нее отец всплеснул руками.

– Что ж, а вот и Элен.

– Добрый вечер.

– Рад вас видеть, Елена Павловна, – Илья Алексеевич церемонно поцеловал ее руку и мягко ее пожал. – Боюсь показаться необъективным, но вы хорошеете с каждым днем.

– От вас, Илья Алексеевич, мы всегда слышим только объективное мнение, – засмеялась Элен.

Виктор за спиной директора позволил себе короткую улыбку и в свою очередь коснулся тонких пальцев, на секунду задержав их в своих.

– Добрый вечер, Елена Павловна.

– Сколько должно пройти времени с нашего знакомства, чтобы вы начали звать меня просто Элен? – тихо поинтересовалась она. Также тихо Виктор Андреевич фыркнул.

– Боюсь, еще недостаточно.

– Господа, прошу знакомиться, наша с Элен воспитанница – Лидия Степановна Кирсанова.

Очаровательно покраснев, Лидия присела в полупоклоне-полуреверансе.

– Очень талантливая девочка, – продолжал Павел Никитич. – Надеюсь, в конце вечера Лидия что-нибудь нам сыграет – игра на рояле дается ей безупречно.

– Папа, еще немного, и вы совсем засмущаете Лидию, – вступилась за нее Элен и поторопилась сменить тему. – Господа, ужин будет подан через десять минут. А пока прошу нас извинить, у нас с Лидией осталось одно очень важное дело.

Поманив девочку за собой, она вышла в коридор и свернула направо, где толкнула высокую дубовую дверь.

Вереница полок и книжных шкафов покрывала два этажа библиотеки.