Сказание о двух братьях и неведомой Руси

Он с ребятами совал свой любопытный нос в кипучую работу корабельных ремесленников по ремонту торговых кораблей и изготовлению рыбацких лодок, выдолбленных из цельных стволов деревьев, которые так и назывались – «долблёнки». Здесь, среди кипучей работы плотников, Светозар чувствовал себя как дома и с радостью принимался за поручения по работе с деревом, которые иногда отдавал им отец Игоря, дядя Далибор, один из главных мастеров по корабельному делу. Особенно доставляло удовольствие Светозару запускать руки в большие кучи деревянной стружки, остававшиеся после выдалбливания корпуса лодок, и рассматривать десятки необычных по своей форме деревяшек.

В этот раз на лице Светозара читалось особенное возбуждение. Они показали дяде Далибору найденный в таинственной норе кораблик, и оба были сильно удивлены, услышав, что и его форма, и дерево, из которого он сделан, были весьма необычными и явно не из здешних мест. Более того, дядя Далибор похвалил мастера за интересные находки в пропорциях корпуса, хорошо отозвался про возможную остойчивость и скоростные качества судна.

Он спросил у мальчишек, откуда у них такой редкий экземпляр, и Светозару пришлось придумывать, будто он случайно нашёл его в сундуке отца, разбирая старые вещи дома. Дядя Далибор внимательно изучил лодку со всех сторон, бережно крутя её своими распухшими от ветра и морозов пальцами, и обратил внимание на еле заметные непонятные знаки по обоим бортам.

– Очень ценная находка твоего отца, береги её, – сказал дядя Далибор, протянув кораблик парням.

Просветлённый новым знанием Светозар поспешил домой, чтобы поделиться новостями с Олегом.

К вечеру на внутреннем широком крыльце, скрытом от посторонних глаз, Олег тренировался с мечом с воображаемым противником. Он видел себя то в первых рядах на поле сечи, то сражающимся с огромным драконом. После нескольких выпадов он упирал тяжёлый булатный меч клинком в пол и, облокотившись на рукоять, отдыхал и восстанавливал дыхание. В такие моменты он представлял себя раненным в бою и внимательно осматривал мнимые порезы на руке и плечах, стонал от зияющей раны в боку и перетягивал пробитое копьём бедро, чтобы не умереть от потери крови.

Затем он поднимал меч и, притворяясь, отражал атаку врага, которого он из последних сил сокрушал в решающем бою. В пылу сражения Олег приговаривал с сжатыми от напряжения зубами:

– Ничего, они ещё все узнают, они ещё увидят, из какого теста сделаны братья из рода Волотовичей. Мы ещё им всем покажем.